Представлено на один из конкурсов "Маленького прозаического произведения" в 2008 году.
Два дня полудрёмы за закрытыми ставнями, пока жильцы были в отъезде, и такое чудо напротив. Дом не знал её имени, но архитектурные формы, покатые плечики карнизов, легкомысленные выпуклости балкончиков с кружевной геранью и солнцезащитные очки витражных окон выдавали в незнакомке Мансарду. Одинокую…
Сбежала ли она от приличного строения, сорвав ему тем самым крышу… Взяла ли причитавшуюся ей долю в опостылевшем союзе, обнаружив лазейку в строительном контракте… Так или иначе, на своих ногах она стояла самостоятельно, хотя маленький рост делал Мансарду скорее коленопреклонённой. Взгляд её окон приходился на парадный подъезд Дома, и в этом было что-то волнующее. Мансарда не просто могла заглядывать в его скрытые от посторонних тайны, ей не оставалось ничего другого. Поза незнакомки, спустившейся с небес, приобретала оттенок какой-то жертвенности, будто она расположилась здесь не случайно, но имела намерение к нему. Дому же с высоты своих трёх этажей оставалось лишь поглядывать на прикрытую узкой полоской тента дверь Мансарды и тихо посмеиваться. Видавший виды, он ждал заката.
Когда солнце собралось на отдых, Дом потянулся к незнакомке удлиняющейся тенью. Так, растворяя чужие тени в своей, он знакомился с припаркованными машинами, слушал деревья, росшие неподалёку, и болтал по утрам с Лавкой зеленщика, останавливаясь своей тенью на её крыльце, что вполне устраивало обоих. Уж очень разным они наполняли свою жизнь.
Вот и сейчас он рассчитывал переброситься парой слов с маленькой клумбой, которую Мансарда, устраиваясь на новом месте, разумно сберегла, и узнать, откуда в их краях появилась незнакомка. На большее он не рассчитывал. Мансарда, хоть и располагалась близко, держалась на подобающем расстоянии.
В какой-то момент на заднем дворе Мансарды появилась шумная компания. Стали выносить столы, еду и включили свет. Такой мощный, что тень Мансарды ринулась навстречу Дому. И пусть тени не более чем фантазии. Но разве мало найти в них хотя бы соприкосновение, а углубиться, а совпасть? И поскольку не в силах Дома было остановить светило, его угловатая тень продолжала вбирать в себя отпечаток незнакомки с резко обозначившимися вычурными элементами декора. Мансарда не представилась, на все его вопросы отвечала “Шшш!” ветром в каштановой черепице и трепетала ресницами занавесок, пока окна Дома не вспыхнули в ночи…
А утром… Он так ничего и не понял, хотя слышал от вернувшихся жильцов что-то о съёмках фильма, павильоне декораций, простоявшем поблизости ровно сутки… Павильоне? Впрочем, что люди понимают…
Замечательно! очень хорошо! Так романтично) И очень профессионально) Даже не ожидала, Вы удивили меня) Настоящий писатель) Может, не стоит ограничиваться хокку?)
Спасибо, Луиза! Однако мурашек с тех пор норовит только на склон Фудзи.
А ко мне мурашка дорожку не протопает?))
Это такая коротенькая сказка) Может, стоит написать сборник таких необычных сказок?)) И слог отличный)
Впрочем, что люди понимают…
Такой замечательный финал))
Потому что от Дома слышать такое не обидно))
Печатайте еще! Интересно почитать)
Про арбузные семечки))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
...Имеющий в кармане мускус
не кричит об этом на улицах.
Запах мускуса говорит за него.
Саади
У поэтов есть такой обычай -
В круг сойдясь, оплевывать друг друга.
Магомет, в Омара пальцем тыча,
Лил ушатом на беднягу ругань.
Он в сердцах порвал на нем сорочку
И визжал в лицо, от злобы пьяный:
"Ты украл пятнадцатую строчку,
Низкий вор, из моего "Дивана"!
За твоими подлыми следами
Кто пойдет из думающих здраво?"
Старики кивали бородами,
Молодые говорили: "Браво!"
А Омар плевал в него с порога
И шипел: "Презренная бездарность!
Да минет тебя любовь пророка
Или падишаха благодарность!
Ты бесплоден! Ты молчишь годами!
Быть певцом ты не имеешь права!"
Старики кивали бородами,
Молодые говорили: "Браво!"
Только некто пил свой кофе молча,
А потом сказал: "Аллаха ради!
Для чего пролито столько желчи?"
Это был блистательный Саади.
И минуло время. Их обоих
Завалил холодный снег забвенья.
Стал Саади золотой трубою,
И Саади слушала кофейня.
Как ароматические травы,
Слово пахло медом и плодами,
Юноши не говорили: "Браво!"
Старцы не кивали бородами.
Он заворожил их песней птичьей,
Песней жаворонка в росах луга...
У поэтов есть такой обычай -
В круг сойдясь, оплевывать друг друга.
1936
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.