Пред некой женщиной предстал неизвестный мужчина, невзрачный - ровным счетом ничего примечательного. Разве что высокий колпак на нем был синего цвета с золотыми звездами.
- Давай, - сказал он ей, - загадывай желанье. Только времени, знай, у меня в обрез.
Поставьте себя на ее место. То-то! Вот и она заметалась туда-сюда в мыслях. Что просить? Машину, домик в три этажа, вечную молодость… Решила в итоге, будут деньги, остальное приложится. Только денег должно быть много. Много, однако, сколько? Миллион? Сто миллионов? Совсем растерялась она и, в конце концов, захотела расспросить подробней нечаянного соблазнителя, кто, мол, он и откуда.
Глядь, а волшебника, или кем там считал себя тот мужчина, след простыл. Так и осталась женщина при пиковом интересе. Должно быть, потом всю жизнь гадала, оказалась ли она нерасторопной или кто-то перед ней дурака валял и голову почем зря морочил.
Кое-кому, думаю, не мешает поразмыслить над этой историей.
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
"Доброе дело! Хорошее дело!"
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Двенадцатый час -
Осторожное время.
Три пограничника,
Ветер и темень.
Три пограничника,
Шестеро глаз -
Шестеро глаз
Да моторный баркас...
Три пограничника!
Вор на дозоре!
Бросьте баркас
В басурманское море,
Чтобы вода
Под кормой загудела:
"Доброе дело!
Хорошее дело!"
Чтобы по трубам,
В ребра и винт,
Виттовой пляской
Двинул бензин.
Вот так бы и мне
В налетающей тьме
Усы раздувать,
Развалясь на корме,
Да видеть звезду
Над бугшпритом склоненным,
Да голос ломать
Черноморским жаргоном,
Да слушать сквозь ветер,
Холодный и горький,
Мотора дозорного
Скороговорки!
Иль правильней, может,
Сжимая наган,
За вором следить,
Уходящим в туман...
Да ветер почуять,
Скользящий по жилам,
Вослед парусам,
Что летят по светилам...
И вдруг неожиданно
Встретить во тьме
Усатого грека
На черной корме...
Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,-
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:
"Ай, Черное море,
Хорошее море..!"
1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
