Для меня Рига – это город цветов и приветливых людей.
Кода-то, ещё в советское время, послали меня в командировку на месяц.
Я работал на одном из рижских заводов, чего-то там пилил, сверлил,
зенковал, нарезал резьбу.
Жил в одном из коттеджей в Межапарке, где наблюдал обилие белок,
которых все подкармливали в зимнее ещё время. Приближался женский
праздник Восьмое марта, и почти в каждом доме в застеклённых верандах
росли и распускались тюльпаны.
Помню рижские магазины, где продавцы по стилистике общения и
поведения выгодно отличались от наших. Я купил столько детской
одежды для своей маленькой дочери, что еле-еле сложил её потом в чемодан.
Я, тогда ещё совсем зелёный литератор, после работы зашёл в Союз
писателей Латвии, и мне предложили посетить литературное
объединение, где так же, как и у нас, читали стихи по кругу и обсуждали их.
Там я познакомился с молодыми рижскими литераторами, и они пригласили
меня к себе в гости в Новую Ригу. Мы отметили встречу водочкой местного
разлива «Кристалл» и засиделись почти до ночи.
Мне, к сожалению, нужно было добраться до Ратушной площади, чтобы
сесть на трамвай и доехать до коттеджа, где жил.
Прошло столько лет, но до сих пор я не могу забыть картину, которую
наблюдал несколько минут спустя: старинные здания ночной Старой Риги,
Ратушная площадь и цветы в аквариумах со свечами. Продавцов практически
не было видно, они находились в тени, но зато цветы и свечи создавали
впечатление ирреальности. Было ощущение, что находишься
в храме. Мне хотелось любоваться и любоваться этим великолепным
зрелищем ночного древнего города с узкими улочками, Домским собором и
несметным количеством цветов, выращенных с любовью и терпением
настоящими мастерами своего дела…
А сейчас иногда думаешь: да, было ли это в самом деле? Было ли?..
Шепчу "прощай" неведомо кому.
Не призраку же, право, твоему,
затем что он, поддакивать горазд,
в ответ пустой ладони не подаст.
И в этом как бы новая черта:
триумф уже не голоса, но рта,
как рыбой раскрываемого для
беззвучно пузырящегося "ля".
Аквариума признанный уют,
где слез не льют и песен не поют,
где в воздухе повисшая рука
приобретает свойства плавника.
Итак тебе, преодолевшей вид
конечности сомкнувших нереид,
из наших вод выпрастывая бровь,
пишу о том, что холодеет кровь,
что плотность боли площадь мозжечка
переросла. Что память из зрачка
не выколоть. Что боль, заткнувши рот,
на внутренние органы орет.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
