Императрица,сейчас я спокоен как никогда, и могу писать Вам легко.
Тяжеловато незабываемая моя.
Так вышло что я полюбил Вас.
Моя самая большая слабость это красивые женщины.
А Вы самая красивая, никогда такую не встречал.
Поэтому я Вас люблю.
Я пытался забыть Вас.
Но ничего не выходит, все тщетно.
Мой мозг вычислил все варианты, и везде выходит игра окончена.
Я так и не узнал как Вы ко мне относитесь.
И никогда в такой ситуации еще не был.
Я думал что это такая игра.
Что все будет просто.
Разбуди меня среди ночи и спроси меня, кого я люблю?
Я без промедления скажу что Вас люблю.
Даже под дулом пистолета я не смог бы отказаться от Вас.
Предложили бы все деньги мира за Вас, я скажу нет.
Не нужна мне ни одна другая женщина, кроме Вас.
Может что то измениться, но сейчас это правда.
Надпись на виниловом проигрывателе:
-Я тебя люблю,- невозможно ничем стереть.
Это был такой порыв, шаг отчаяния, с ума я сошел похоже.
Долго не писал Вам, потому что ушел в творческий процесс.
Думал будет легче.
Много пишу, читаю стихи, пою,веду себя как абсолютно счастливый, но на сердце все иначе.
Вспоминаю постоянно один день.
Это то самый день, когда я услышал лежа в моей палате, какой то шум в коридоре.
Я вышел в коридор тогда и увидел как Вы пытаетесь успокоить своего пациента.
К сожалению не удержался, не люблю такие моменты, прокомментировал.
Вы тогда подошли ко мне и сказали:
-Прошу без комментариев.
И попросили меня, что бы я вернулся обратно в палату.
Говорят еще если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.
Планов много, благодаря Вам, жизнь моя перевернулась, я изменился.
Вы сделали для меня то что ни сделала ни одна женщина.
Предали мне уверенность в своих силах, я поверил в себя.
Это мне сейчас очень нравиться, хочу сделать невозможное и знаю что сделаю.
Мой герой ускользает во тьму.
Вслед за ним устремляются трое.
Я придумал его, потому
что поэту не в кайф без героя.
Я его сочинил от уста-
лости, что ли, еще от желанья
быть услышанным, что ли, чита-
телю в кайф, грехам в оправданье.
Он бездельничал, «Русскую» пил,
он шмонался по паркам туманным.
Я за чтением зренье садил
да коверкал язык иностранным.
Мне бы как-нибудь дошкандыбать
до посмертной серебряной ренты,
а ему, дармоеду, плевать
на аплодисменты.
Это, — бей его, ребя! Душа
без посредников сможет отныне
кое с кем объясниться в пустыне
лишь посредством карандаша.
Воротник поднимаю пальто,
закурив предварительно: время
твое вышло. Мочи его, ребя,
он — никто.
Синий луч с зеленцой по краям
преломляют кирпичные стены.
Слышу рев милицейской сирены,
нарезая по пустырям.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
