Игра по черным и белым. Покидая гнездо. Партия оркестра.
Покидая гнездо. Партия оркестра.
Сегодня он написал письмо. Короткий пост в сетях. С приглашением. Он точно знал, что они придут. Закадычные враги и закадычные друзья. Какая короткая память. Уже выпуск на носу, но для него все было как вчера. Только для него. Все будет расписано как по нотам. Вечеринка в заброшенном доме. Зайдут с парадного. На этажи ведет лестница, ступени которой прогнили лет двадцать назад. Он выучил их все. На верхнем пролете нет перил и последние три ступеньки висят практически в воздухе. Небольшой аттракцион. Не смертельный, но впечатляющий. И все без его вины и участия. Каждому свое и свое не каждому. Он много раз прощал жестокие шутки и забавы, но теперь он сам пошутит всерьез в случае чего.
Он бывал здесь раньше и мог в пять легких движений преодолеть все ступени снизу вверх, миновав опасный прогал и оказавшись на верхней площадке, ведущей в пространство квартиры наверху, откуда можно было спуститься по черной лестнице на фасаде.
Поздно за полночь он вернется домой.
- Павел!
Отец… какого он не спит до сих пор…
- Да, что?
- Ты знаешь, который час?
- А что?
- У меня разговор к тебе
- Я спать.
- Это переходит уже границы. Ты кажется забыл, в каком тоне разговаривают с отцом?
- Ну, и? Давай.
- Что происходит в школе, мне звонили сегодня, ты кажется там совсем слетел с катушек? Директор в шоке от твоего высокомерного тона, хамишь учителям напропалую. Если бы не твоя успеваемость, как он сказал, ты бы давно вылетел из этого учебного заведения.
- Да уроды они все.
- Я по-твоему тоже урод, раз ты дерзишь мне день ото дня? Может хочешь вслед за школой вылететь из дома?
- Да ок, че. Прям щас.
- Ты серьезно?
- Да, вы все мне надоели до талого. Ты всегда недоволен… Когда же ты наконец будешь доволен. А? А? Когда ты мной был доволен? Ненавижу тебя!
Покидать свое в рюкзак… пересечь коридор…
- Уйди с дороги! Пусти!
Порванный рукав куртки, и всего-то. Пусть хоть оборëтся.
Один графоман в солидный журнал
прислал корявый стишок.
Совсем таланта не было в нем,
и стиль был весьма смешон.
Но чтобы вывод под стих подвесть,
в нем были такие слова:
«Жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Младший редактор сказал: «Пустяки!
Ступай-ка в корзину, брат!»
Но чем-то тронули сердце стихи,
и он их вернул назад.
– Вчера я пришел веселенький весь,
и жена была неправа.
Но «жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Редактор отдела, увидев стих,
наморщил высокий лоб.
Стихи банальные. Автор псих.
А младший редактор жлоб.
Но строчки вошли, как благая весть,
до самого естества.
«Жизнь такова, какова она есть,
И больше — никакова!»
И свой кабинет озирая весь,
подумал любимец богов:
«А может, и я таков, как есть,
И больше совсем никаков».
И страшная мысль, как роса с травы,
скатилась с его головы:
А может, и все таковы, каковы,
И больше — никаковы?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
