Если ты не хочешь, чтобы тебя забыли, как только ты умрешь и сгниешь, пиши достойные книги или совершай поступки, достойные того, чтобы о них писали в книгах
Императрица, ненаглядная моя,
Сегодня я проснулся,
Хотел больше не думать о Вас.
Настроиться на эту волну.
Но сегодня в нашей поликлинике была медкомиссия,
Проходили врачей, сдавали кровь.
Как на меня нахлынули воспоминания,
Как будто вчера все было.
К сожалению на приеме у терапевта,
Не смог сдержать в себе мои чувства.
Признался, проболтался Вашим коллегам что люблю Вас.
Так получилось.
Слишком много было выписок из больницы,
И я проболтался.
Теперь и в нашей поликлиники врачи знают что я Вас люблю.
Я думал все это время,
Почему я Вас полюбил.
Вы очень красивая женщина,
Но не за это, я Вас люблю,
Там много было очень красивых женщин в больнице.
Встречались просто модели.
Возможно за то, что у Вас такие необыкновенные, обжигающие глаза,
Заглядывающий прямо в душу.
Нет наверно не за это.
Я полюбил Вас.
Скорее я полюбил Вас тогда, когда узнал Вас немного поближе.
За то что Вы такая яркая,
Такая живая,
Безумно женственная,
Очень складная,
Покладистая такая,
Немножко застенчивая,
И очень желанная.
Да я так жил без женщин много лет,
И как то не сильно они нужны были мне.
Не хотел я ничего.
Но произошла насмешка судьбы в моей жизни какая то.
Я встретил Вас такую необыкновенную женщину.
Тем летом скажем в августе, если бы мне кто нибудь сказал,
Что я буду любить женщину,
И не смогу ее забыть,
Ни за что бы не поверил этому человеку.
Я постоянно задаю себе один и тот же вопрос,
Зачем мне все это?
Именно сейчас?
Я понимаю, если бы это произошло в моей жизни намного раньше,
А сейчас когда мне 47, я прожил немало уже, и тут любовь.
Такая неожиданная любовь, такое сильное чувство,
В которое я и сам уже не верю, или верю, не понимаю.
Как это случилось?
И что мне делать сейчас?
Я ни за что не поверю,
Что Вы меня не любите.
Не хочу в это верить,
Ни за что.
Пытаюсь взять себя в руки,
Но невозможно это сделать.
Я не мог так ошибиться в Вас,
Императрица, ненаглядная моя.
Старик с извилистою палкой
И очарованная тишь.
И, где хохочущей русалкой
Над мертвым мамонтом сидишь,
Шумит кора старинной ивы,
Лепечет сказки по-людски,
А девы каменные нивы -
Как сказки каменной доски.
Вас древняя воздвигла треба.
Вы тянетесь от неба и до неба.
Они суровы и жестоки.
Их бусы - грубая резьба.
И сказок камня о Востоке
Не понимают ястреба.
стоит с улыбкою недвижной,
Забытая неведомым отцом,
и на груди ее булыжной
Блестит роса серебрянным сосцом.
Здесь девы срок темноволосой
Орла ночного разбудил,
Ее развеянные косы,
Его молчание удлил!
И снежной вязью вьются горы,
Столетних звуков твердые извивы.
И разговору вод заборы
Утесов, свержу падших в нивы.
Вон дерево кому-то молится
На сумрачной поляне.
И плачется, и волится
словами без названий.
О тополь нежный, тополь черный,
Любимец свежих вечеров!
И этот трепет разговорный
Его качаемых листов
Сюда идет: пиши - пиши,
Златоволосый и немой.
Что надо отроку в тиши
Над серебристою молвой?
Рыдать, что этот Млечный Путь не мой?
"Как много стонет мертвых тысяч
Под покрывалом свежим праха!
И я последний живописец
Земли неслыханного страха.
Я каждый день жду выстрела в себя.
За что? За что? Ведь, всех любя,
Я раньше жил, до этих дней,
В степи ковыльной, меж камней".
Пришел и сел. Рукой задвинул
Лица пылающую книгу.
И месяц плачущему сыну
Дает вечерних звезд ковригу.
"Мне много ль надо? Коврига хлеба
И капля молока,
Да это небо,
Да эти облака!"
Люблю и млечных жен, и этих,
Что не торопятся цвести.
И это я забился в сетях
На сетке Млечного Пути.
Когда краснела кровью Висла
И покраснел от крови Тисс,
Тогда рыдающие числа
Над бледным миром пронеслись.
И синели крылья бабочки,
Точно двух кумирных баб очки.
Серо-белая, она
Здесь стоять осуждена
Как пристанище козявок,
Без гребня и без булавок,
Рукой указав
Любви каменной устав.
Глаза - серые доски -
Грубы и плоски.
И на них мотылек
Крыльями прилег,
Огромный мотылек крылами закрыл
И синее небо мелькающих крыл,
Кружевом точек берег
Вишневой чертой огонек.
И каменной бабе огня многоточие
Давало и разум и очи ей.
Синели очи и вырос разум
Воздушным бродяги указом.
Вспыхнула темною ночью солома?
Камень кумирный, вставай и играй
Игор игрою и грома.
Раньше слепец, сторох овец,
Смело смотри большим мотыльком,
Видящий Млечным Путем.
Ведь пели пули в глыб лоб, без злобы, чтобы
Сбросил оковы гроб мотыльковый, падал в гробы гроб.
Гоп! Гоп! В небо прыгай гроб!
Камень шагай, звезды кружи гопаком.
В небо смотри мотыльком.
Помни пока эти веселые звезды, пламя блистающих звезд,
На голубом сапоге гопака
Шляпкою блещущий гвоздь.
Более радуг в цвета!
Бурного лета в лета!
Дева степей уж не та!
1919
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
