Белый лист бумаги.
Вопрошание и нерешительность от взгляда в ненаписанное. Заминка на пороге в поисках смысла действия. Чуткая и болезненная сонастроенность с собственной тщетой. И строки, текущие во времени, но остановившиеся в чувстве. Движение к жизни и исполнение. Власть над каждым поворотом мысли. Я, вопрошающее о я и довольствующееся тишиной и неясными случайными формами, значениями выплеснутых слов. Текст прожитый. Жизнь, прошелестевшая как текст. Более яркие, как желания, и тусклые, как остатки ужина, ее эпизоды. Где они? Прожиты, что дальше?
Она поставила точку. Лист, испещренный мелким орнаментом мягкого карандаша, был заполнен на две трети. За дверью раздался слабый писк. Он вытолкнул ее наружу, побудил встать и впустить кота, а вместе с ним привычное течение жизни. Теперь она гладила мурлыкающее, мягкое тельце с прохладными подушками лап и было не до текста. Да и сон пощипывал уже веки, утомленные полумраком комнаты. Тихо и мерно ворошились стрелки часов. Пора.
Было слышно, как она дунет на пламя свечи и медленно повернется в темноте. Бархатная трель маленького существа затихнет и они останутся недвижны, устроенные в тепле дома. А за стенами его давно живет ночь, свежий воздух которой отзывается в голых кронах деревьев и струится в темную высь и дальше, к бледнеющим очертаниям облаков и пронзительным искрам редких звезд этой ранней весны.
Что толку восхищаться сладким дымом
И спорить с дураками
сотни лет?
«...ты, ветер, чей?
Ты чья, Луна, над Крымом?
Ты чей, Господь,
открой уже секрет...»
Пусть мироточит пограничный столбик.
Шагни домой, чтоб снова жизнь начать.
Ругать Отчизну
за нерайский облик,
Как стричь по моде старенькую мать.
Встречай закаты розовым ламбруско,
Там истина, где личная вина.
Чем тише скорость всей машины русской,
Тем дальше смерть,
тем дольше времена.
И если ты в Полтаве,
Курске, Гродно
Сидишь в сети в свои осьмнадцать лет,
Быть человеком
вроде и не модно —
Тебе внушает «батя»-интернет...
Свобода может рабством
стать невольно,
А воля указать на личный стыд.
Но Родина не там,
где меньше больно,
А там где что-то главное болит.
Где летом под телегой снятся санки,
Где тонет в книгах чеховский студент,
Где у шоссе в поспешной серебрянке
Цветов не ждёт солдатский монумент.
Куда летят полжизни божьи птахи,
Весною петь на русском языке,
Где ты рождён, как говорят, в рубахе,
Чтобы спуститься к морю по реке.
2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
