Как-то зимой в начале шестидесятых годов, вернувшись из командировки в Москву, отец, рассказывая про этот случай, заразительно смеялся и несколько раз восхищенно повторил: «Придумают же, черти!».
Почему его так веселила эта история тогда, в силу своего невеликого возраста, я не понял. Наверное, поэтому она и запала мне в память.
Дело в том, что командировка родителя совпала с приездом в столицу Броза Тито, а отношения тогда между нами и Югославией оставляли желать много лучшего, и вдруг такое событие.
Возвращаясь вечером на автобусе в гостиницу, отец стал свидетелем развеселившей его истории.
На одной из остановок в заднюю дверь вошел похмельного вида мужчина и, сняв шапку, продекламировал:
Дорогой товарищ Тито,
Югославский наш ты брат,
Нам сказал Хрущев Никита,
Ты ни в чем не виноват.
После чего произносит:
- Подайте, кто сколько может, борцу за ослабление международной напряженности.
Надо ли говорить, что, когда он подошел к передней двери автобуса, его ушанка была полна до верху разнокалиберной щедростью москвичей, да и приезжих тоже.
Не зря, видно, бытовал когда-то девиз у артистов эстрадников: «Утром в газете, вечером в куплете». Глубокие корни у него.
Куплеты, с моей колокольни, близкие родственники частушек. Потребность в них очевидная у нашенского человека. Что ж делать? Неизбывная тяга у него похулиганить время от времени, чтобы окончательно не сойти с ума от скучной обыденности своего существования. Чем и пользуются помимо подмостков некоторые не промах личности. Ясное дело, не без творческих наклонностей они. Так почему им упускать возможность заработать, переложив с ехидной насмешливостью на понятный народу язык суть знаковых событий, которые именуются сегодня не иначе как иностранным словом топовыми.
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук!
Звук понятный и знакомый,
Не пустой для сердца звук!
Это — звоны ледоходе
На торжественной реке,
Перекличка парохода
С пароходом вдалеке.
Это — древний Сфинкс, глядящий
Вслед медлительной волне,
Всадник бронзовый, летящий
На недвижном скакуне.
Наши страстные печали
Над таинственной Невой,
Как мы черный день встречали
Белой ночью огневой.
Что за пламенные дали
Открывала нам река!
Но не эти дни мы звали,
А грядущие века.
Пропуская дней гнетущих
Кратковременный обман,
Прозревали дней грядущих
Сине-розовый туман.
Пушкин! Тайную свободу
Пели мы вослед тебе!
Дай нам руку в непогоду,
Помоги в немой борьбе!
Не твоих ли звуков сладость
Вдохновляла в те года?
Не твоя ли, Пушкин, радость
Окрыляла нас тогда?
Вот зачем такой знакомый
И родной для сердца звук —
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук.
Вот зачем, в часы заката
Уходя в ночную тьму,
С белой площади Сената
Тихо кланяюсь ему.
11 февраля 1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
