|
Безмерное самолюбие и самомнение не есть признак чувства собственного достоинства (Федор Достоевский)
Проза
Все произведения Избранное - Серебро Избранное - ЗолотоК списку произведений
| из цикла "статья" | Потолок наших возможностей | Может ли человек достичь любой цели, какую он пожелает, прикладывая много усилий для её достижения? Например, писать стихи, создавать изящные скульптуры, решать сложные математические задачи, стать экстрасенсом или возглавить массы? В современном мире можно найти всевозможные методики, любых наставников и учителей. Если не брать во внимание финансовую сторону, то остаются желание и стремление. Достаточно ли будет их для достижения желаемой цели? Получается же у других.
Паранормальные способности. Можно ли их открыть в себе или наработать? Кому-то родственник или просто чужой человек передаёт умение лечить людей нетрадиционными методами, гадать, предсказывать будущее. Такое умение не подарок, который можно передать из рук в руки. Человек накопил необходимые знания за прошлые жизни, и в его программе будет встреча с тем, кто вскроет ячейку этих знаний в его душе (матрица души имеет ячеистое строение, и в каждой ячейке накапливается энергия только одного качества до полного её максимального содержания – Абсолюта).
Если у кого-то есть желание стремление учиться чему-то новому и это не противоречит его программе жизни, он начнёт набирать такую энергию в свободную ячейку, может продолжить накопления в последующих жизнях с тем, чтобы когда-нибудь она проявилась как дар, талант.
Высшие Учителя для определённых целей могут давать отдельным людям, как бы искусственно, необычные способности. Для этого в тонкие конструкции человека вставляются добавочные элементы, и у человека может неожиданно открыться ясновидение, яснослышание, целительство. Так может проверяться человек на желание помогать другим, на проверку прочности его положительных накоплений души – не возгордится ли он своими способностями, не польстится ли на деньги, славу. Если же человек вместо положительных качеств начнёт набирать отрицательные, способность у него отнимают – убирают вставленный элемент.
У сорокалетней россиянки (из передачи по телевидению), не имеющей никакого отношения к медицине, обнаружилась способность исцелять, направляя на человека ладонь. Сама она не знает, как это у неё получается. Рентгеновский снимок руки показал на ногте указательного пальца как бы прилепленный прямоугольник со скошенной узкой стороной, выступающей вперёд.
Для нас примером служат личности, которые в чём-то достигли впечатляющих успехов. Что помогло им подняться до таких высот? Трудолюбие? Немало трудолюбивых людей, трудоголиков физического и умственного труда в сельской местности, в городах. Упорство в достижении цели, врождённые способности, талант помогают развиться в определённом направлении и достичь несравненных высот? РАЗВИТИЕ во многих воплощениях.
Развитие – это познавание, накопление опыта, совершенствование в чём-либо. Развитие невозможно без знаний. Уровень развития определяет диапазон энергий, который душа должна полностью проработать, чтобы подняться выше. Так ученик в школе изучает, повторяет для закрепления последовательно информацию одного года обучения школьной программы, чтобы перейти в следующий класс. Каждому классу соответствует Уровень прорабатываемой информации и не выше. Так идёт постепенное, поступенчатое накопление знаний. В школе классы отделены друг от друга.
На Земле люди перемешаны, и определить точно Уровень развития кого-либо невозможно. Понять, что один человек в своём совершенствовании выше другого можно только при достаточной разнице в Уровнях их развития. Один ребёнок легко усваивает школьные знания, другой – с трудом. Это потому, что душа первого прожила уже немало жизней и накопила достаточно знаний, а значит энергий. Она как бы вспоминает пройденный материал. Душа второго – с малым запасом прожитых жизней и накопленных энергий. Ей сложно понимать новый материал, усваивать более высокую энергию.
Взрослая жизнь таких людей будет различаться, потому что каждой душе до воплощения будет составлена программа, соответствующая Уровню её развития и способствующая дальнейшему прогрессированию. Один будет активно развивать свой ментал и выберет для себя сферу деятельности, где нужно думать, рассчитывать, анализировать. Другой пойдёт работать туда, где много думать не обязательно, где требуется физический труд, простое подчинение, сообразительность, чтобы осваивать технику, набирать навыки, умение.
Вкусы таких людей могут в чём-то совпадать. Например, обоим может нравиться поэзия, художественная или классическая литература. Но если одного может заинтересовать философия, эзотерия, информация о Космосе, то другой это отвергнет, потому что в его душе нет фундамента для принятия высокой энергии. Ему потребуется прожить несколько жизней, чтобы его душа набрала и построила в своей матрице те конструкции, которые уже имеются в душе первого индивида. И здесь одного желания принять и уяснить не воспринимаемую информацию недостаточно.
Мы называем «великими» тех людей, которые достигли бОльших, чем другие результатов в искусстве, науке, изобретательстве, духовности. Их души за многие прожитые жизни набрали энергии такого потенциала, который позволяет им принять новые знания (энергию) и передать их человечеству. Новое – значит по потенциалу более мощное, чем прежнее, и принять, понять его способна не каждая душа. Все знания даются Свыше через подготовленных для такой цели людей с высоким энергопотенциалом души.
Каждое качество формируется в ячейке матрицы души из однородной энергии. Например, математические способности. У школьника они строятся с первого по десятый класс в рамках школьной программы. Можно ускоренно, но обязательно последовательно, усвоить её за более короткий срок. Попытки же давать знания первого, потом третьего, шестого, десятого классов могут привести к психическому расстройству ученика, но желаемого результата не дадут.
В ячейке матрицы энергия одного качества складывается последовательно в Иерархическом порядке от низшего Уровня до высшего. Механизм ячейки (матрица – это вечная конструкция и слабых построек в ней быть не может) работает так, что принимает энергию, необходимую для дальнейшего роста, формирования качества. Если на данный момент качество достигло пятого Уровня, то ячейка будет принимать энергию этого качества только шестого Уровня. Энергия четвёртого Уровня приниматься не будет, потому что такая уже имеется, а энергия седьмого Уровня не примется, потому что она должна базироваться на энергии шестого Уровня. Идёт последовательное построение и стыковка поступающих энергий для формирования Абсолютного качества. Уникальная конструкция матрицы ошибок не допускает, поэтому каждое качество строится очень долго на протяжении многих жизней. Человеку даются знания, соответствующие его Уровню развития на данном этапе. Как и всему человечеству.
Для каждого периода развития даётся определённый объём информации со своим верхним пределом. Но в каждом общем всегда есть что-то частное, выходящее за его рамки. Появляются сообщения о людях, которые «черпают информацию из Космоса», или из «информационного поля Земли». Земля и всё существующее на ней находятся под контролем многочисленных Космических Систем, которые экспериментируют, желая получить души с требуемыми им качествами. Они могут дать подготовленным для такой цели людям информационный канал с Космическими силами разного Уровня, воплотить на Земле высокопотенциальные души с другой планеты, из другой Галактики. Вариантов много. Но все они под контролем Высших сил и не выходят за рамки последовательного развития, как отдельного индивида, так и цивилизации в целом. | |
| Автор: | fostirii | | Опубликовано: | 21.10.2024 05:13 | | Просмотров: | 1367 | | Рейтинг: | 0 | | Комментариев: | 0 | | Добавили в Избранное: | 0 |
Ваши комментарииЧтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться |
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
 Авторизация Камертон
А.Т.Т.
1.
Небо.
Горы.
Небо.
Горы.
Необъятные просторы с недоступной высоты. Пашни в шахматном порядке, три зеленые палатки, две случайные черты. От колодца до колодца желтая дорога вьется, к ней приблизиться придется - вот деревья и кусты. Свист негромкий беззаботный, наш герой, не видный нам, движется бесповоротно. Кадры, в такт его шагам, шарят взглядом флегматичным по окрестностям, типичным в нашей средней полосе. Тут осина, там рябина, вот и клен во всей красе.
Зелень утешает зренье. Монотонное движенье даже лучше, чем покой, успокаивает память. Время мерится шагами. Чайки вьются над рекой. И в зеленой этой гамме...
- Стой.
Он стоит, а оператор, отделяясь от него, методично сводит в кадр вид героя своего. Незавидная картина: неопрятная щетина, второсортный маскхалат, выше меры запыленный. Взгляд излишне просветленный, неприятный чем-то взгляд.
Зритель видит дезертира, беглеца войны и мира, видит словно сквозь прицел. Впрочем, он покуда цел. И глухое стрекотанье аппарата за спиной - это словно обещанье, жизнь авансом в час длиной. Оттого он смотрит чисто, хоть не видит никого, что рукою сценариста сам Господь хранит его. Ну, обыщут, съездят в рожу, ну, поставят к стенке - все же, поразмыслив, не убьют. Он пойдет, точней, поедет к окончательной победе...
Впрочем, здесь не Голливуд. Рассуждением нехитрым нас с тобой не проведут.
Рожа.
Титры.
Рожа.
Титры.
Тучи по небу плывут.
2.
Наш герой допущен в банду на урезанных правах. Банда возит контрабанду - это знаем на словах. Кто не брезгует разбоем, отчисляет в общий фонд треть добычи. Двое-трое путешествуют на фронт, разживаясь там оружьем, камуфляжем и едой. Чужд вражде и двоедушью мир общины молодой.
Каждый здесь в огне пожарищ многократно выживал потому лишь, что товарищ его спину прикрывал. В темноте и слепоте мы будем долго прозябать... Есть у нас, однако, темы, что неловко развивать.
Мы ушли от киноряда - что ж, тут будет череда экспозиций то ли ада, то ли страшного суда. В ракурсе, однако, странном пусть их ловит объектив, параллельно за экраном легкий пусть звучит мотив.
Как вода течет по тверди, так и жизнь течет по смерти, и поток, не видный глазу, восстанавливает мир. Пусть непрочны стены храма, тут идет другая драма, то, что Гамлет видит сразу, ищет сослепу Шекспир.
Вечер.
Звезды.
Синий полог.
Пусть не Кубрик и не Поллак, а отечественный мастер снимет синий небосклон, чтоб дышал озоном он. Чтоб душа рвалась на части от беспочвенного счастья, чтоб кололи звезды глаз.
Наш герой не в первый раз в тень древесную отходит, там стоит и смотрит вдаль. Ностальгия, грусть, печаль - или что-то в том же роде.
Он стоит и смотрит. Боль отступает понемногу. Память больше не свербит. Оператор внемлет Богу. Ангел по небу летит. Смотрим - то ль на небо, то ль на кремнистую дорогу.
Тут подходит атаман, сто рублей ему в карман.
3.
- Табачку?
- Курить я бросил.
- Что так?
- Смысла в этом нет.
- Ну смотри. Наступит осень, наведет тут марафет. И одно у нас спасенье...
- Непрерывное куренье?
- Ты, я вижу, нигилист. А представь - стоишь в дозоре. Вой пурги и ветра свист. Вахта до зари, а зори тут, как звезды, далеки. Коченеют две руки, две ноги, лицо, два уха... Словом, можешь сосчитать. И становится так глухо на душе, твою, блин, мать! Тут, хоть пальцы плохо гнутся, хоть морзянкой зубы бьются, достаешь из закутка...
- Понимаю.
- Нет. Пока не попробуешь, не сможешь ты понять. Я испытал под огнем тебя. Ну что же, смелость - тоже капитал. Но не смелостью единой жив пожизненный солдат. Похлебай болотной тины, остуди на льдине зад. Простатиты, геморрои не выводят нас из строя. Нам и глист почти что брат.
- А в итоге?
- Что в итоге? Час пробьет - протянешь ноги. А какой еще итог? Как сказал однажды Блок, вечный бой. Покой нам только... да не снится он давно. Балерине снится полька, а сантехнику - говно. Если обратишь вниманье, то один, блин, то другой затрясет сквозь сон ногой, и сплошное бормотанье, то рычанье, то рыданье. Вот он, братец, вечный бой.
- Страшно.
- Страшно? Бог с тобой. Среди пламени и праха я искал в душе своей теплую крупицу страха, как письмо из-за морей. Означал бы миг испуга, что жива еще стезя...
- Дай мне закурить. Мне...
- Туго? То-то, друг. В бою без друга ну, практически, нельзя. Завтра сходим к федералам, а в четверг - к боевикам. В среду выходной. Авралы надоели старикам. Всех патронов не награбишь...
- И в себя не заберешь.
- Ловко шутишь ты, товарищ, тем, наверно, и хорош. Славно мы поговорили, а теперь пора поспать. Я пошел, а ты?
- В могиле буду вволю отдыхать.
- Снова шутишь?
- Нет, пожалуй.
- Если нет, тогда не балуй и об этом помолчи. Тут повалишься со стула - там получишь три отгула, а потом небесный чин даст тебе посмертный номер, так что жив ты или помер...
- И не выйдет соскочить?
- Там не выйдет, тут - попробуй. В добрый час. Но не особо полагайся на пейзаж. При дворе и на заставе - то оставят, то подставят; тут продашь - и там продашь.
- Я-то не продам.
- Я знаю. Нет таланта к торговству. Погляди, луна какая! видно камни и траву. Той тропинкой близко очень до Кривого арыка. В добрый час.
- Спокойной ночи. Может, встретимся.
- Пока.
4.
Ночи и дни коротки - как же возможно такое? Там, над шуршащей рекою, тают во мгле огоньки. Доски парома скрипят, слышится тихая ругань, звезды по Млечному кругу в медленном небе летят. Шлепает где-то весло, пахнет тревогой и тиной, мне уже надо идти, но, кажется, слишком светло.
Контуром черным камыш тщательно слишком очерчен, черным холстом небосвод сдвинут умеренно вдаль, жаворонок в трех шагах как-то нелепо доверчив, в теплой и мягкой воде вдруг отражается сталь.
Я отступаю на шаг в тень обессиленной ивы, только в глубокой тени мне удается дышать. Я укрываюсь в стволе, чтоб ни за что не смогли вы тело мое опознать, душу мою удержать.
Ибо становится мне тесной небес полусфера, звуки шагов Агасфера слышу в любой стороне. Время горит, как смола, и опадают свободно многия наши заботы, многия ваши дела.
Так повзрослевший отец в доме отца молодого видит бутылочек ряд, видит пеленок стопу. Жив еще каждый из нас. В звуках рождается слово. Что ж ты уходишь во мглу, прядь разминая на лбу?
В лифте, в стоячем гробу, пробуя опыт паденья, ты в зеркалах без зеркал равен себе на мгновенье. Но открывается дверь и загорается день, и растворяешься ты в спинах идущих людей...
5.
Он приедет туда, где прохладные улицы, где костел не сутулится, где в чешуйках вода. Где струится фонтан, опадая овалами, тает вспышками алыми против солнца каштан.
Здесь в небрежных кафе гонят кофе по-черному, здесь Сезанн и Моне дышат в каждом мазке, здесь излом кирпича веет зеленью сорною, крыши, шляпы, зонты отступают к реке.
Разгорается день. Запускается двигатель, и автобус цветной, необъятный, как мир, ловит солнце в стекло, держит фары навыкате, исчезая в пейзаже, в какой-то из дыр.
И не надо твердить, что сбежать невозможно от себя, ибо нету другого пути, как вводить и вводить - внутривенно, подкожно этот птичий базар, этот рай травести.
Так давай, уступи мне за детскую цену этот чудный станок для утюжки шнурков, этот миксер, ничто превращающий в пену, этот таймер с заводом на пару веков.
Отвлеки только взгляд от невнятной полоски между небом и гаснущим краем реки. Серпантин, а не серп, и не звезды, а блёстки пусть нащупает взгляд. Ты его отвлеки -
отвлеки, потому что татары и Рюрик, Киреевский, Фонвизин, Сперанский, стрельцы, ядовитые охра и кадмий и сурик, блядовитые дети и те же отцы, Аввакум с распальцовкой и Никон с братвою, царь с кошачьей башкой, граф с точеной косой, три разбитых бутылки с водою живою, тупорылый медведь с хитрожопой лисой, Дима Быков, Тимур - а иначе не выйдет, потому что, браток, по-другому нельзя, селезенка не знает, а печень не видит, потому что генсеки, татары, князья, пусть я так не хочу, а иначе не слышно.
Пусть иначе не слышно - я так не хочу. Что с того, что хомут упирается в дышло? Я не дышлом дышу. Я ученых учу.
Потому что закат и Георгий Иванов. И осталось одно - плюнуть в Сену с моста. Ты плыви, мой плевок, мимо башенных кранов, в океанские воды, в иные места...
|
|
