Инга сидела у окна, поджав колени к груди. За стеклом медленно кружились снежинки, будто пытались сложиться в древнюю тайную формулу. Часы показывали 23:59. Через минуту наступит новый день, а в её жизни так ничего опять и не изменится.
«Тридцать лет… — думала она, проводя пальцем по запотевшему стеклу. — У всех подруг уже семьи, дети. А я? Сижу и высчитываю волшебные даты, как сумасшедшая».
Инга всегда верила в магию чисел. Имея за плечами хорошее образование и стабильную удалённую работу, она оказалась в плену собственных нумерологических ожиданий. Ей казалось: встреча с мужчиной её мечты не происходит лишь потому, что ещё не наступила та самая — сакральная зеркальная дата.
На мониторе мерцал код программы. Масса строк кода, десятки экспериментов - всё ради одной цели: найти ту самую дату, когда произойдёт встреча всей жизни.
— Ну почему так сложно? — шептала Инга, морща лоб. – Почему космос не может просто подать знак?
Каждое утро начиналось одинаково: проверка журнала, запуск программы, анализ результатов. Если алгоритм выдавал «перспективную» дату, Инга готовилась к ней тщательнейшим образом: выбирала одежду, продумывала маршруты, составляла список возможных фраз для случайного знакомства.
Но судьба будто издевалась...
В один из таких вычисленных программой дней Инга нашла на улице щенка - мокрого, тощего, дрожащего. Вместо романтической встречи - поездка в ветклинику, покупка корма и слезы над спящим бедолагой.
В другой раз в такую же дату она спасла грязного голубя, запутавшегося в заборе. Пока распутывала, пропустила все «назначенные» места для потенциальных знакомств. Опять ветклиника, опять слезы. Голубь не выжил.
«Что со мной не так?» — размышляла Инга, гладя в темное окно, как в зеркало. Отражение тонкого лица в стекле выглядело шире и уродливее, чем в реальности. Нос сплюснут, глаза размыты. Инга усмехнулась и покивала – мол, ясно, что не так.
Но тут же в душе загорался робкий фонарик оптимизма: «Нет, это просто случайные отклонения. Настоящая встреча будет в зеркальный день. В тот самый день».
И вот уже 33‑й день рождения Инга встретила в одиночестве. Зажгла свечи, задула их и быстро съела столовой ложкой торт - вместо радости хотя бы набитый кремом рот.
«Еще три года мимо… И что дальше?» — думала она, глядя на обгоревшие, валявшиеся в мусорном пакете свечи.
Ночью Инга удалила разработанную программу. Каждое нажатие клавиши отдавалось болью: будто рвала собственные нервы. Но вместе с файлами исчезало и гнетущее чувство ожидания.
«Хватит. Больше никаких дат. Никаких расчётов. Просто жить», — твердила она себе, засыпая.
Разбудила резкая боль в животе. Сначала Инга пыталась ее игнорировать, думая, что просто переела сладкого. Но когда потемнело в глазах, поняла: что-то серьёзное.
«Только не сейчас… — метались мысли, пока она набирала номер скорой. — Только не так».
В больнице всё происходило как в тумане: анализы, разговоры с врачами, подготовка к операции. На операционном столе, глядя в холодный свет ламп, Инга вдруг ощутила пронзительную ясность.
«Гейм овер. Чуда не будет, детка. Даже умереть придётся в одиночестве».
Перед глазами пронеслись картинки: детство с родителями, студенческие годы, единственный когда-то настоящий друг Макс, который внезапно исчез после вручения дипломов, бессонные ночи за работой. Только числа, числа, числа и какие-то мутные навязчивые ожидания. Как в фильме – перед смертью только поезда с гусями…
«Может, я просто не заслуживаю любви», — подумала она с горечью.
И тут над ее распятым тельцем появилось круглое лицо доктора. Не строгое и отстранённое, как она ожидала, а тёплое, с добрыми глазами.
— Ну что будете заказывать, барышня, Мальдивы или Анталию? В отпуске были в этом году? – голос анестезиолога звучал непринуждённо, по-домашнему, будто они сидели на кухне.
Инга моргнула. В голове всё ещё крутились мрачные мысли, но его улыбка… Она будто растопила ледяной ком внутри.
И неожиданно для себя она ответила:
— Заказываю мужа.
Доктор, оказавшийся и весь круглым, рассмеялся.
— Хороший выбор! Сейчас уже заснем.
В этот момент Инга почувствовала, как напряжение покидает её тело. Страх отступал, оставляя место детской надежде на чудо.
После операции она проснулась с ощущением, будто сбросила тяжёлый груз. Боль в животе утихла, но главное — внутри что‑то изменилось. Воздух стал более мягким и легким, голова освободилась от мыслей.
«Я просто… живу», - сказала себе мысленно Инга, - И большего мне не надо».
Добрый анестезиолог зашёл проведать болящую.
— Ну как, мужа-то видала? — подмигнул он.
Инга рассмеялась:
— Кажется, вы правы насчёт волшебного наркоза. Я чувствую себя великолепно.
— Вот и отлично. Хотя лучше бы Мальдивы. Ох, я бы их выбрал. – Доктор вздохнул о чем-то глубоко личном и ушел, медленно перемещая свое уставшее грузное тело.
Вернувшись домой, Инга будто проснулась от спячки.
Она записалась в автошколу.
Потом купила машину — небольшую, ярко‑красную, как символ новой жизни.
Преподавание онлайн стало ещё одним открытием. Оказалось, её знания нужны, а умение объяснять сложные вещи — важны.
А потом случилось самое неожиданное: она взяла в руки иголку и ткань.
«Просто попробую», — решила Инга, начиная шить нечто еще непонятное.
Когда вышла аккуратная сумка, она не могла поверить: «Это сделала я?»
В общем, лед тронулся. Заказы посыпались один за другим. Каждый шов, каждая строчка приносили радость — тихую, настоящую.
Год спустя Инга заскочила на бегу в кафе выпить кофе перед занятиями. И вдруг замерла: за столиком у окна сидел Макс.
«Макс… — сердце сжалось. — Собственной жалкой персоной».
Когда‑то Макс казался Инге единственным близким человеком, который мог понять, как никто. И даже робко и неуклюже ухаживал - дарил цветы, провожал до дома, читал стихи Бродского. Но потом внезапно женился на их старосте Маринке. И исчез.
Теперь перед Ингой сидел мужчина с уверенной осанкой, в умопомрачительном костюме. Но глаза… в них всё ещё светилась та самая особенная искорка.
Они заговорили. Сначала осторожно, потом всё проще, роднее. Оказалось, Макс давно развёлся, построил карьеру, но чувствовал внутри тугую пустоту.
«Мне всегда казалось, что я что‑то упустил, — признался он, помешивая кофе. — И только сейчас понял».
Инга молчала, пытаясь осознать: неужели это с ней происходит? Или это волшебный наркоз?
Но тут Макс взял её руку:
— Я больше не хочу без тебя.
И в этот момент сверхновая звезда пробила космос: больше не нужно ждать зеркальных дат. Чудо уже здесь.
Вскоре родились две дочки, две непоседы, две маленькие принцессы. Милка и Маруська. Семья, о которой Инга мечтала, сложилась сама — без программы.
Спустя несколько лет, разбирая старые документы, Инга наткнулась на выписку из больницы и долго смеялась. Дата операции бросилась в глаза: 12.11.21.
Одиночества личная тема,
я закрыл бы тебя наконец,
но одна существует проблема
с отделеньем козлов от овец.
Одиночества вечная палка,
два конца у тебя — одному
тишина и рыбалка, а балка,
а петля с табуреткой - кому?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
