Представьте, собралась компания креативных людей не без артистических наклонностей, и один из них ни с того ни с сего замечает к наметившемуся разговору, искусство-де начинается там, где кончаются эмоции, и цитатку не абы откуда, а из стиха Пастернака тут же присовокупляет: «Когда строку диктует чувство, оно на сцену шлет раба, и тут кончается искусство».
Поначалу немая сцена случилась. Зато потом чуть ли не скопом накинулись все на возомнившего о себе невесть что товарища, да так, что на какое-то время забыли даже пополнять алкоголем стаканы.
Один Синцов в разгоревшиеся враз эмоции впутываться не стал, лишь наблюдал с любопытством за своими приятелями.
В конце концов, страсти поутихли, но отголоски их давали знать о себе, пока компании не сподобилось разойтись по домам.
А ночью Синцову приснилась боярыня Морозова. Ну, та, что на холсте Сурикова изображена. Она крестное знамение еще клала двумя пальцами, а не как предписывалось тремя. Через это самое и случился у нее конфликт с властями предержащими. Времена тогда крутые были. Боярыню за ее приверженность к старообрядчеству, в конце концов, голодом уморили.
На картине же момент изображен, когда везут в санях закованную в кандалы Морозову по московским улицам после допроса в Чудовом монастыре. Вокруг саней народ толпится, разодетый, к слову сказать, куда как замечательно. Даже лохмотья на юродивом живописно смотрятся. И что ни человек, то свой мирок, а всё вместе взятое могучий гимн неукротимости человеческого духа.
Понятно с каким чувством проснулся Синцов, а когда на улицу вышел, видит, снега за ночь по колено нападало, и точь-в-точь он, как у Сурикова на картине. Само же утро на славу выдалось: солнечное, на небе ни облачка. Видимость, как говорят пилоты, миллион на миллион.
Вдохнул Синцов полной грудью морозный воздух, и в голове тут как тут мигом строчка: «Раззудись, плечо! Размахнись, рука!»
мой сосед семен никитин
царь пирита и слюды
из америки не виден
словно молния с луны
про алтай и водный слалом
не расскажет мне теперь
потому что в сердце слабом
места не было терпеть
помню жили через номер
рассуждали про режим
я живой никитин помер
от судьи не убежим
там на кладбище райцентра
золотые вензеля
наша братская плацента
мать твою сыра земля
там средь маковых головок
гнет режима не силен
отдохни теперь геолог
скоро свидимся семен
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
