Я лежал, пытался восстановить силы и думал, почему я не умею телепортировать вещи? Как бы было славно – сидишь дома подумаешь о некоторой сумме наличности, потом, допустим, о письменном столе и, бац – и она там появляется, в чемоданчике или бумажном пакете. А лучше без всего – небольшим водопадом пачек. Это бы я совсем не считал воровством. Откуда я знаю, чьи эти деньги? Может, они только с печатного станка? В принципе, все остальное можно и не уметь телепортировать. Я ж не телепортирую дом, яхту или прочую недвижку. Кроме того, на них надо иметь законные права. Так что деньги – это самое оно. Да, но мир меняется. Виртуальные деньги вытесняют наличку. А большие суммы налички надо подкреплять объяснениями – откуда, почему, когда налог платил. История, происхождение денег. Это все усложняет. А как телепортировать денежный поток на свои счета? Думаю, такое невозможно вовсе. Тут нужна не суперсила, а сложные схемы, налоговые консультанты, юристы и прочая, прочая. Продается, конечно, все, и первые звенья можно покупать за наличные, но всю эту цепочку надо выстраивать…
В принципе, я даже готов уметь телепортировать вещи, которые находятся в поле моего зрения – т.е., которые я вижу. Это уже больше похоже на воровство, но что поделать? Жизнь такая. Я много раз пробовал телепортировать хлеб или бананы из супермаркета. Не выходит! Никак не могу понять, почему. Это значительно упростило бы мне жизнь, тем более что сам-то я могу телепортироваться.
Думаете, почему я смягчил условие телепортации вещей, ограничив их теми, которые вижу? Потому что сам я могу телепортироваться только так. Я могу перенестись мгновенно в любую точку, которую видит мой невооруженный приборами глаз. Т.е. я не могу попасть, например, в банковское хранилище, потому что мне надо его увидеть. Зато я могу выхватить дипломат у франта в Ролексах, выходящего из банка, и телепортироваться на несколько километров. Но я так не делаю. Во-первых, меня могут схватить до этого, во-вторых, я могу не заметить браслет, связывающий хозяина чемодана с собственно чемоданом. Ну и что? Да то, что я не могу телепортироваться, когда касаюсь людей – да такая вот капризная суперсила! Увы. Рискованно все это. Поэтому, основное, как я использую свои способности – это поход в магазин. Набиваешь тележку вещами, подходишь к окну – бац и ты на крыше какой-нибудь высотки в обозрении. Я и сам-то живу на последнем этаже высотки именно поэтому – чтобы можно было прыгнуть подальше и, соответственно, вернуться издалека. Забавно, если я возвращаюсь со стороны области, то могу попасть лишь на общий балкон высотки (своих окон я не вижу). Или же мне надо перепрыгнуть свой дом, а потом уже посмотреть на окно своей квартиры. Это плюс один прыжок. А прыжки очень изматывают. Поэтому иногда я «прихожу» домой с балкона. Соседи думают, что я с приветом, потому что несколько раз видели, как я выхожу с балкона с доверху набитой продуктовой тележкой! Лифтовые шахты находятся в другом конце коридора, так что им остается думать, что я заносил тележку вверх на пятьдесят первый этаж по лестнице. Одной девушке я даже признался, что готовлюсь к олимпийским играм! Видели бы вы ее лицо! А один раз меня засекли с толстенным двуспальным матрасом. С трудом волоча по плитке эту тяжесть, я крикнул через плечо, что пыль выбивал. Ага, а матрас-то в заводской упаковке!
Я лежал и думал, с кем это я разговариваю? С собой? Так я же о себе все знаю. С виртуальным собеседником? Да. С понимающим, доброжелательным, сочувствующим. А с кем мне еще поговорить об этом? Как я устал. Эти прыжки отнимают столько сил, что я часа три-четыре не могу восстановиться. В следующий раз пойду в магазин пешком, как все люди.
***
– Поверьте мне, я не сумасшедший! Но… Но у меня проблема. Единственная, но я не знаю, что с этим делать. Причем, все мои размышления на эту тему убеждают меня, что я здоров, а мир сошел с ума.
– Но вы же понимаете, что описываете ситуацию, которая не могла произойти?
– Да, понимаю. Но… произошла. Точнее, периодически происходит.
- Опять видели? Рассказывайте все, с самого начала.
– Доктор, я раз в год вам это рассказываю. Ничего нового. Все, как под кальку.
– Ничего, расскажите еще раз. С самого начала.
– Первый раз я это заметил лет пять назад, когда пришел стажером мерчандайзера в «Пятерочку». Я обратил внимание на этого парня почти сразу. Он набил тележку доверху. Все вещи были дорогие, насколько это возможно в нашем магазине, все самое лучшее. Я еще подумал, что, если у него столько денег, чего он к нам-то ходит? В какой-то момент, раскладывая товар, я заметил, что он стоит с тележкой у окна и смотрит наружу. Потом он обернулся – меня не было видно сквозь полки – снова посмотрел в окно и… исчез. После этого случая я стал ждать его появления в магазине. Он приходил раз в два-три месяца и всегда исчезал, подойдя к окну.
– Вы кому-нибудь рассказывали об этом?
– Нет, только вам. Я ж в своем уме. Во всяком случае, хочется верить… Но я решил себя проверить. Каждый раз после его визита я делал инвентаризацию тележек, и каждый раз их было на одну меньше, чем при предыдущем подсчете. Но периодически на парковке появляются три-четыре тележки. Как будто бы он их возвращает, когда скопятся. Что мне делать, доктор?
И человек пустился в тишину.
Однажды днем стол и кровать отчалили.
Он ухватился взглядом за жену,
Но вся жена разбрызгалась. В отчаяньи
Он выбросил последние слова,
Сухой балласт – «картофель…книги… летом…»
Они всплеснули, тонкий день сломав.
И человек кончается на этом.
Остались окна (женщина не в счет);
Остались двери; на Кавказе камни;
В России воздух; в Африке еще
Трава; в России веет лозняками.
Осталась четверть августа: она,
Как четверть месяца, - почти луна
По форме воздуха, по звуку ласки,
По контурам сиянья, по-кавказски.
И человек шутя переносил
Посмертные болезни кожи, имени
Жены. В земле, веселый, полный сил,
Залег и мяк – хоть на суглинок выменяй!
Однажды имя вышло по делам
Из уст жены; сад был разбавлен светом
И небом; веял; выли пуделя –
И все. И смерть кончается на этом.
Остались флейты (женщина не в счет);
Остались дудки, опусы Корана,
И ветер пел, что ночи подождет,
Что только ночь тяжелая желанна!
Осталась четверть августа: она,
Как четверть тона, - данная струна
По мягкости дыханья, поневоле,
По запаху прохладной канифоли.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
