Марк с Антоном шли к Марку домой. Антон, размахивая руками и периодически вглядываясь в Марка, чтобы оценить реакцию, рассказывал о теории «облачных знаний». Мол, знания, как таковые, размещаются не в человеческом мозге, а находятся в информационном облаке вне мозга, а мозг – это лишь инструмент, с помощью которого мы можем эти знания воспринять и обработать. Причем только те, к которым у нас есть код доступа.
– Ты понимаешь, – увлеченно говорил Антон, – чем больше длина кода, тем больше дверей можно открыть. Полный ключ – это уровень Бога! Мы же часто говорим: «его рукой водил Бог!», когда видим великий шедевр – будь то музыка или формула. А это очередное расширение кода – количество перешло в качество… Или, действительно, Боженька поделился? – Антон в первые прервался и задумался. Тем временем парни уже минуты три как стояли у дверей квартиры.
– Все гораздо проще, мой друг, гораздо проще, – Марк достал ключ из кармана. – Вот ключ. Простой ключ. А за дверью – неизвестное. Иногда...
– Стоп. Я знаю, что за дверью. Точнее, кто. – Антон медленно повернулся к Марку. – Иногда знание рождается само. Я знаю, что там она. Она просила тебя привести меня, чтобы объясниться. Но я знаю, что скажешь ты, что скажет Таня. И я знаю, чего не скажу я. Я не скажу «возвращайся». Вот тебе и неизвестное. Поэтому я не буду заходить в эту дверь.
Антон повернулся и побежал вниз по лестнице. Пролетом ниже шаги замерли, м Марк услышал:
– А знаешь, еще вчера я не знал, что она меня не любит. И тем более, что собирается уходить к тебе. Вот, получил, выходит, ключ…
Антон побежал дальше вниз, а Марк усмехнулся, повернул ключ и зашел в квартиру. «Пусть помучается. Придет домой, Танюха ему живо мозги вправит. Какой ключ? Один Фрейд работает!» – Марк повесил куртку на стул и включил новенький игровой комп, которым он, собственно, и собирался похвастаться другу!
Когда менты мне репу расшибут,
лишив меня и разума и чести
за хмель, за матерок, за то, что тут
ЗДЕСЬ САТЬ НЕЛЬЗЯ МОЛЧАТЬ СТОЯТЬ НА МЕСТЕ.
Тогда, наверно, вырвется вовне,
потянется по сумрачным кварталам
былое или снившееся мне —
затейливым и тихим карнавалом.
Наташа. Саша. Лёша. Алексей.
Пьеро, сложивший лодочкой ладони.
Шарманщик в окруженьи голубей.
Русалки. Гномы. Ангелы и кони.
Училки. Подхалимы. Подлецы.
Два прапорщика из военкомата.
Киношные смешные мертвецы,
исчадье пластилинового ада.
Денис Давыдов. Батюшков смешной.
Некрасов желчный.
Вяземский усталый.
Весталка, что склонялась надо мной,
и фея, что мой дом оберегала.
И проч., и проч., и проч., и проч., и проч.
Я сам не знаю то, что знает память.
Идите к чёрту, удаляйтесь в ночь.
От силы две строфы могу добавить.
Три женщины. Три школьницы. Одна
с косичками, другая в платье строгом,
закрашена у третьей седина.
За всех троих отвечу перед Богом.
Мы умерли. Озвучит сей предмет
музыкою, что мной была любима,
за три рубля запроданный кларнет
безвестного Синявина Вадима.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
