Сын окончил школу и разошелся с отцом во мнении, где продолжить учебу. К консенсусу прийти никак они не могли. К примеру, как в этот раз: отец секунду-другую назад с работы вернулся, а его отпрыск навстречу по своим важным делам спешит. Ну, те, что вне отческого дома, само собой. Слово за слово, и опять разговор, где учиться. Начал, конечно, родитель, но только он приступил к этой теме, как наследник его тут же выкрикнул:
- Не подписываюсь я стать инженером!
- Зеленый ты еще, - вздыхает в ответ родимый батюшка. - Лучше синица в руках, чем журавль в небе. Придумали же профессию, прости господи, маркетолог!
- А у меня наклонности!
- Какие такие наклонности?
- А творить свою жизнь хочу, а не киснуть на заводике под началом какого-нибудь дурака. Сто лет он мне снился концлагерь твой!
- Ишь ты, гусь свинье не товарищ. Детство у тебя еще в одном месте играет...
- Ты не в теме! Знаешь, сколько маркетологи зарабатывают?
- Знаю: сегодня густо, завтра пусто. Реальность, братец, она другая - свои фантазии на хлеб не намажешь…
- В гробу я видел такую реальность!
Лицо отца тут багроветь стало, и сын, воспользовавшись тем, что родитель неосмотрительно не перекрыл путь к входной двери, выскочил на лестничную клетку и был таков.
Поговорили, называется! И вот как им, скажите на милость, понять друг друга? Слава Богу, хоть без рукоприкладства и мало цензурной лексики на этот раз обошлось, со стороны отца вестимо.
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
