Двух студентов, будущих инженеров, Сорокина и Громова угораздило на первой в их жизни производственной практике угодить в штамповочный цех. По ходу одной из вечерних смен, когда в ней настал, установленный законом, краткосрочный перерыв для отдыха и перекуса, прикупили они себе в близлежащем магазинчике бутылку вина, довольно-таки сомнительного, с точки зрения привередливых знатоков, кой-какой неприхотливой закуски и уселись в укромном месте с наружной стороны заводского забора.
- Теперь хоть по-человечески поговорить сможем, - сказал Сорокин, откупоривая бутылку, - а то пообщаться нормально в цехе из-за грохота отечественных прессов вообще нереально.
- Эт, точно, - кивнул сокурсник.
- Ну, забьем на все!
Они чокнулись картонными стаканчиками и, дружно выпив крепленный напиток, с аппетитом принялись за докторскую колбасу.
- Прикинь, - сооружая себе какой-никакой бутерброд, раздумчиво проговорил Сорокин, - мастер наш вконец охренел мне с его этим самым: «Пусть у нас с вами, ребята, все будет интеллигентно». Как не надоест только долдонить человеку одно и тоже?
- А давай ему козу соорудим, - загорелся неожиданно сокурсник.
- Предлагай.
- Знакомый у меня есть студент-медик – он запросто нам палец от какого-нибудь жмурика организует, чуть ли не каждый день ведь в анатомичке тусуется со своими препами, а мы этот пальчик бац и на пресс форму на видное место – вроде как неизвестно от кого он. Главное, пострадавших вокруг не будет видно. Тут ведь по неволе за голову схватишься.
- А что? Идея!
И они с неподдельным энтузиазмом пустились в детальное обсуждение, с какой стороны ни глянь, обалденной каверзы, и преобладающее место в ней занимала предвкушение несуразной реакции на нее мастера, а, когда бутылка, в конце концов, была допита, в паузе, наступившей вдруг в их беседе, Громов бросил взгляд на часы и, вздохнув с убитым видом, встал на ноги, потом потянулся с хрустом и подытожил:
- Отменный прикол, без балды, сотвориться бы мог. Не хватила б кондрашка мастера только. Объясняй потом, что это была просто шутка. Ну, давай двигать
в сторону цеха что ли, а то в натуре сэнсэй наш тутошний всю плешь опять переест про эту самую его дисциплину.
Так они и сделали.
Что вот не придет в голову двум студентам теплым летним вечером после пары-тройки стаканчиков дешевого портвейна, когда на короткое время производственной практики, согласно неотвратимой строгости учебного процесса, пришлось им приобщиться к рутинной повседневности незнакомого доселе мира.
Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.
Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.
С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной, и шум нагорный —
Всё вторит весело громам.
Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.
<1828>, начало 1850-х годов
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
