Никогда и ни о ком я не вспоминаю с такой нежностью…
Ты ушёл от меня, ушёл навсегда, но я до сих пор вижу твои пронзительные карие глаза, глядя в которые невозможно было солгать. Я, как сейчас, вижу твою гордую походку, высоко поднятую голову. Мощь твоего тела останавливала на себе взгляды прохожих, а я гордилась тем, что ты у меня есть. Когда ты был рядом, я не боялась никого и ничего – никто не смел сделать даже шага, чтобы приблизиться ко мне, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться. А твой голос! Низкий, уверенный, не допускающий возражений, а иногда по-детски игривый. Но ты был молчалив и, если уж открывал рот, то слушали все. Красавец, силач, храбрец и при этом добродушный и веселый. Отец называл тебя «Малыш» и доверял тебе, как самому себе.
Я помню…
Я помню, как мы ходили на озеро купаться. Ты плавал до тех пор, пока я не начинала умолять тебя выйти из воды. А прогулки в лесу… Ты иногда прятался, заставляя меня испытывать страх одиночества и волнение за тебя, а потом ты прибегал счастливый, видя моё неравнодушие, и мы гуляли до самого вечера, пока солнце не скрывалось за горизонтом. А как ты катал меня на санках…Словно маленькую девочку, иногда специально разгоняясь, чтобы я всё-таки свалилась в снег. Сколько тогда было в твоих глазах радости. Как же нам было хорошо вместе. Я скучаю по тебе до сих пор. Никого лучше в моей жизни не было. Были другие, тоже хорошие, но не такие, как ты.
Если бы я могла, я поделилась бы своим временем с тобой, только бы ты жил подольше. Но жизнь так жестока и твой век оказался таким недолгим.
А, может, существует где-то «собачий рай» и ты там?
А, может, твоя душа переселилась в прекрасного человека – мужчину, перед которым не может устоять ни одна женщина?
Ты этого заслужил!
Я до сих пор тебя люблю, хороший мой, моя умница, мой ласковый и нежный зверь, мой самый преданный друг, мой Пират.
Есть в растительной жизни поэта
Злополучный период, когда
Он дичится небесного света
И боится людского суда.
И со дна городского колодца,
Сизарям рассыпая пшено,
Он ужасною клятвой клянется
Расквитаться при случае, но,
Слава Богу, на дачной веранде,
Где жасмин до руки достает,
У припадочной скрипки Вивальди
Мы учились полету - и вот
Пустота высоту набирает,
И душа с высоты пустоты
Наземь падает и обмирает,
Но касаются локтя цветы...
Ничего-то мы толком не знаем,
Труса празднуем, горькую пьем,
От волнения спички ломаем
И посуду по слабости бьем,
Обязуемся резать без лести
Правду-матку как есть напрямик.
Но стихи не орудие мести,
А серебряной чести родник.
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
