Если бы Бог назначил женщину быть госпожой мужчины, он сотворил бы ее из головы, если бы - рабой, то сотворил бы из ноги; но так как он назначил ей быть подругой и равной мужчине, то сотворил из ребра
я стою на крыше питерской многоэтажки… скомканный воздух жадно обволакивает мои легкие прохладой… снег падает как титры уходящей осени становясь 25-ым кадром в зимнем пейзаже… люди словно комбинации цифр в электронных часах спешат не замечая происходящего и так же не заметно заполняя шрифт снегопада исчезают становясь частью чего-то целого… окна мокнут свастикой желтого искусственного света отражая всю бедность этого игрушечно-кортонного города…
машины словно строчки не дописанного произведения вгрызаются в пустоту скользким росчерком фар путаясь в перекрестках… улицах… по которым мы гуляли прячась в морозы гранита… серые дома и малоухоженые дворы будто подсказки прошлого пропадают в арках выдыхая метель словно веретено детства… озябшая и стянутая льдом Нева… набережные… хаос метро… это наш с тобой город…
город втоптанный в болото которое и 300 лет спустя затягивает в свою трясину обезличивая и подавляя каждого кто пытается противостоять отлаженному за эти годы механизму…
я стою на крыше… звуки сталкиваются друг с другом и как все вокруг обезличиваются, порождая невнятную массу …
город в котором мы были счастливы дыша паутиной мороси… крошками солнца… замирая в тумане снега… время терялось в календарном безразличии и все вокруг становилось второстепенным…
серый горизонт как и весь этот город захлебнулся между небом и землей…
“тебя больше нет…” пустота внизу поглощает свет… беспорядочная геометрия домов…
следы оставленные прохожим впитывают снег и тонут в монотонности …
скорость ветра… сила притяжения… стать частью пейзажа… художником настоящего… я открываю глаза… утро…как и я одинокий город и никого рядом…
Имяреку, тебе, - потому что не станет за труд
из-под камня тебя раздобыть, - от меня, анонима,
как по тем же делам - потому что и с камня сотрут,
так и в силу того, что я сверху и, камня помимо,
чересчур далеко, чтоб тебе различать голоса -
на эзоповой фене в отечестве белых головок,
где на ощупь и слух наколол ты свои полюса
в мокром космосе злых корольков и визгливых сиповок;
имяреку, тебе, сыну вдовой кондукторши от
то ли Духа Святого, то ль поднятой пыли дворовой,
похитителю книг, сочинителю лучшей из од
на паденье А.С. в кружева и к ногам Гончаровой,
слововержцу, лжецу, пожирателю мелкой слезы,
обожателю Энгра, трамвайных звонков, асфоделей,
белозубой змее в колоннаде жандармской кирзы,
одинокому сердцу и телу бессчетных постелей -
да лежится тебе, как в большом оренбургском платке,
в нашей бурой земле, местных труб проходимцу и дыма,
понимавшему жизнь, как пчела на горячем цветке,
и замерзшему насмерть в параднике Третьего Рима.
Может, лучшей и нету на свете калитки в Ничто.
Человек мостовой, ты сказал бы, что лучшей не надо,
вниз по темной реке уплывая в бесцветном пальто,
чьи застежки одни и спасали тебя от распада.
Тщетно драхму во рту твоем ищет угрюмый Харон,
тщетно некто трубит наверху в свою дудку протяжно.
Посылаю тебе безымянный прощальный поклон
с берегов неизвестно каких. Да тебе и неважно.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
