О сколько нам открытий чудных
Готовит просвещенья дух!
На окраине Питера на живописном холме стоит симпатичная пятиэтажка (ей всего лет десять). Рядом с ней все завалено снегом. Там живет мой приятель - рыбак-грибник-походник. Именно туда после семейных посиделок у нас на Васильевском (утка-водка-салаты), мы с ним и отправились продолжать банкет. Приехали где-то к 23-00. Выпили по сто пятьдесят. Его жена и сын легли спать. Но у нас все только начиналось. Послушали музыку. Спели. Вышли покурить в подъезд. Приятель предложил прогуляться. Мы вышли подышать. На улице - минус 20. Как-то само собой решили побороться для сугрева. Ну как же - активити плюс кислород...Понравилось. Зашли домой. Выпили. Послушали музыку. Попели. Вышли покурить. Потом подышать. Минус 20. Привычно поборолись. Вернулись домой. Выпили. Послушали музыку. Потанцевали. Спели. Потанцевали под то, что спели. Вышли покурить. Потом подышать. Минус 20. Поборолись. Не вставило. Решили порвать замкнутый цикл своего зимнего шоу. На этот раз академическое дзюдо заменили боями без правил. По-дружески так, беззлобно. Поначалу это был просто обмен ударами. Потом добавились подсечки и болевые приемы. Потом решили выяснить кто же из нас ПАНДА_КУНГФУ. Часа в четыре утра соседи могли слышать нечто вроде: получи, гад, я тебя урою, пандой буду, урою! Согрелись. Вернулись домой. Дальше понятно...
Утром в 16-00 я проснулся. Болела нога. Саднила правая скула. Выпил сто грамм. Танцевать не хотелось.
Во вторник приехал мой приятель - помогать размораживать мой автомобиль. Он был чрезвычайно доволен вечеринкой, несмотря на сломанное ребро. Рассказывал, что снег был примят на всей придомовой территории - это где-то полгектара, и как радовалась пятиэтажка новому диску Маккартни в пять утра. Причем мы подпевали даже новым песням, хотя оба не знаем английского.
Из всего этого я помню только то, как мы приехали в 23-00 и выпили.
Похоже пора завязывать с бухлом.
Казалось, внутри поперхнётся вот-вот
и так ОТК проскочивший завод,
но ангел стоял над моей головой.
И я оставался живой.
На тысячу ватт замыкало ампер,
но ангельский голос не то чтобы пел,
не то чтоб молился, но в тёмный провал
на воздух по имени звал.
Всё золото Праги и весь чуингам
Манхэттена бросить к прекрасным ногам
я клялся, но ангел планиды моей
как друг отсоветовал ей.
И ноги поджал к подбородку зверёк,
как требовал знающий вдоль-поперёк-
«за так пожалей и о клятвах забудь».
И оберег бился о грудь.
И здесь, в январе, отрицающем год
минувший, не вспомнить на стуле колгот,
бутылки за шкафом, еды на полу,
мочала, прости, на колу.
Зажги сигаретку да пепел стряхни,
по средам кино, по субботам стряпни,
упрёка, зачем так набрался вчера,
прощенья, и etc. -
не будет. И ангел, стараясь развлечь,
заводит шарманку про русскую речь,
вот это, мол, вещь. И приносит стило.
И пыль обдувает с него.
Ты дым выдыхаешь-вдыхаешь, губя
некрепкую плоть, а как спросят тебя
насмешник Мефодий и умник Кирилл:
«И много же ты накурил?»
И мене и текел всему упарсин.
И стрелочник Иов допёк, упросил,
чтоб вашему брату в потёмках шептать
«вернётся, вернётся опять».
На чудо положимся, бросим чудить,
как дети, каракули сядем чертить.
Глядишь, из прилежных кружков и штрихов
проглянет изнанка стихов.
Глядишь, заработает в горле кадык,
начнёт к языку подбираться впритык.
А рот, разлепившийся на две губы,
прощенья просить у судьбы...
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
