Но какая гадость чиновничий язык! Исходя из того положения... с одной стороны... с другой же стороны — и все это без всякой надобности. «Тем не менее» и «по мере того» чиновники сочинили
Она бежала быстрее облаков, еле успевая за стремительным ветром, чтобы не опоздать к первому своему рассвету, туманному и немножко колючему от ночной прохлады.
Она взлетала над полями и реками и, подобно птице, парила, широко раскинув свои невесомые крылья...
И вот наступило то самое, холодное и туманное, первое сентябрьское утро. Нехотя поднималось солнце, обнимая окрестности мягким светом. Постепенно улетучивалась сырость. На асфальте обозначились первые упавшие листья.
И пришла Она. Успела! И удивилась тому, как легко Ей задышалось, как покорилась Ей вся природа. Хотелось веселиться и озорничать, никуда не надо было спешить. Она подергала за косичку важно шагавшую первоклашку, взъерошила вихры идущему рядом мальчишке, который был постарше и нес два портфеля. Она свернула в тихую улочку и пошла, отфутболивая падавшие под ноги редкие желтые листья.
Вдруг какая-то непонятная сила заставила ее резко остановиться и посмотреть вверх. Что это? Какая дерзость! Среди слегка покрытых позолотой листьев каштана белели стройные "свечки" соцветий. Рядом стоящий каштан вытворял то же самое! Они цвели. Отчаянно и нежно. Словно бросая вызов неумолимой владычице этой поры, Ей, Осени. Обреченные на гибель цветы вселяли в людей какую-то светлую надежду, чувство, которое может возникнуть в человеке разве что при виде белого голубя, парящего в ярко-голубой бездне неба.
Осень, будто завороженная, стояла и смотрела на цветущие деревья. Ее душили слезы какого-то необъяснимого страдания, тревоги и грусти. Кап-кап...Закапали слезы. Или дождинки. Впрочем, какая разница! Осень пришла, и обратной дороги для нее нет.
Вот так-то, храбрые мои каштаны!..
я не обижен не знаю как вы
я не обманут ничем
в первую очередь видом москвы
с ленинских гор на эдем
всё любовался бы с ленинских гор
всё бы прихлёбывал я
в знак уважения тёплый кагор
к церкви крестившей меня
слышу у павла звонят и петра
даже сквозь снобский прищур
вижу на тополь склонилась ветла
даже уже чересчур
здесь родилась моя мама затем
чтобы влюбиться в отца
чтобы нерусскому слову эдем
здесь обрусеть до конца
чтобы дитя их могло говорить
это дитя это я
чтобы москвы не могли покорить
чёрные наши друзья
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
