Напротив барского дома, в котором останавливался Пушкин, была просторная площадь, в восточной части которой, её замыкали небольшие строения: сельмаг и центр советской власти бывшего родового имения - сельсовет.
За строениями тянулось поле конопли и , далее, уже почти убранной пшеницы, которую накануне жницы серпами сжали и снопы хлеба поставили в копны, и эти копны стройными пирамидами, как зоркие часовые, стояли на страже по всему полю.
А сегодня потомки крепостных Александра Сергеевича, со всех концов района Болдино, по пыльным сельским дорогам, везли на телегах своих мужиков, по призыву, на войну.
Я, малыш, своими глазами видел, как мне казалось, огромную площадь, занятую телегами, тарантасами и даже розвальнями.
На телегах сидели мужики и наши русские бабы, которые плачем провожали своих мужчин.
Остальные сельские женщины, держа за руки малолетних ребятишек, молча и горестно, вытирали платками намокшие глаза.
Это была Болдинская осень 1941 года.
роман койфман
Отказом от скорбного перечня - жест
большой широты в крохоборе! -
сжимая пространство до образа мест,
где я пресмыкался от боли,
как спившийся кравец в предсмертном бреду,
заплатой на барское платье
с изнанки твоих горизонтов кладу
на движимость эту заклятье!
Проулки, предместья, задворки - любой
твой адрес - пустырь, палисадник, -
что избрано будет для жизни тобой,
давно, как трагедии задник,
настолько я обжил, что где бы любви
своей не воздвигла ты ложе,
все будет не краше, чем храм на крови,
и общим бесплодием схоже.
Прими ж мой процент, разменяв чистоган
разлуки на брачных голубок!
За лучшие дни поднимаю стакан,
как пьет инвалид за обрубок.
На разницу в жизни свернув костыли,
будь с ней до конца солидарной:
не мягче на сплетне себе постели,
чем мне - на листве календарной.
И мертвым я буду существенней для
тебя, чем холмы и озера:
не большую правду скрывает земля,
чем та, что открыта для взора!
В тылу твоем каждый растоптанный злак
воспрянет, как петел ледащий.
И будут круги расширятся, как зрак -
вдогонку тебе, уходящей.
Глушеною рыбой всплывая со дна,
кочуя, как призрак - по требам,
как тело, истлевшее прежде рядна,
как тень моя, взапуски с небом,
повсюду начнет возвещать обо мне
тебе, как заправский мессия,
и корчится будут на каждой стене
в том доме, чья крыша - Россия.
июнь 1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
