Привет потомки! Помните бессмертную формулу – если б молодость знала, если б старость могла? А как Вы думаете, что бы она смогла – моя старость? Ах, Вы об этом не думаете… Ну, и правильно делаете!
Ну, а вот, например, - сколько единиц этой Вашей хваленой информации вмещает записанный в формате Ди Ви Ди музыкальный порнофильм «Я так хочу мою любимую жирафу»? Я думаю – несколько миллионов этих Ваших байтов…
А стихотворение А. С. «Я помню…», записанное в режиме простого электронного блокнотика, замаскированного под бумажный лист?
А может у Пушкина не те байты? Может, у него какие-то особенные байты? Что Вы об этом думаете, а…? Ничего не думаете? … Ну, и правильно делаете.
* * *
С чего начинается новый день в иудейском государстве? Элементарно, мой юный друг, с появления на небосклоне первой звезды, зажигания свечей и плотного ужина под молитвы. А потом?
Потом тихая израильская ночь… Вопли под музыку – транс до утра. И бурные проявления любви под каждым кустиком…
И все эти библейские чудеса сотворяют одни и те же люди....
* * *
Что является продолжением твоей руки, потомок мой?
Чашка кофе?
Клавиатура компьютера?
Кухонный нож?!
* * *
Волки позорные!!! Опять повысили цены на бензин… На какие такие шиши я буду заправлять мою любимую зажигалку?
* * *
Простой израильский дворник подметает герцлийские улицы и бормочет сам себе на родненьком русском.
- «Палое небо» сметая с пути,
землю святую я вновь обнажаю…
Плывет в тоске необьяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.
Плывет в тоске необьяснимой
пчелиный хор сомнамбул, пьяниц.
В ночной столице фотоснимок
печально сделал иностранец,
и выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками.
Плывет в тоске необьяснимой
певец печальный по столице,
стоит у лавки керосинной
печальный дворник круглолицый,
спешит по улице невзрачной
любовник старый и красивый.
Полночный поезд новобрачный
плывет в тоске необьяснимой.
Плывет во мгле замоскворецкой,
пловец в несчастие случайный,
блуждает выговор еврейский
на желтой лестнице печальной,
и от любви до невеселья
под Новый год, под воскресенье,
плывет красотка записная,
своей тоски не обьясняя.
Плывет в глазах холодный вечер,
дрожат снежинки на вагоне,
морозный ветер, бледный ветер
обтянет красные ладони,
и льется мед огней вечерних
и пахнет сладкою халвою,
ночной пирог несет сочельник
над головою.
Твой Новый год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необьяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.
28 декабря 1961
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
