- Здравствуйте.
- Здравствуйте…
- Ваше имя Оксана?
- Да…
- У меня поручение.
- Ах, так? Ну, проходите… Садитесь сюда.
- Вам бандероль. Распишитесь вот здесь в получении…
- Бандероль? Интересно. А что там?
- Там муж.
- Как муж?! Я вроде не собиралась замуж…
- Да Вы не волнуйтесь! Чего уж, раз с доставкой на дом прислали.
- А что я с ним делать буду?
- Жить.
- Жить?
- Любить.
- Ну, это – едва ли, я с ним совсем не знакома!
- Так знакомьтесь! Вот и опись к нему прилагается.
- Опись?.. Странно всё это… Муж? У меня дома? А вдруг он мне не понравится? Или я ему – такое случается.
- Давайте, я Вам опись прочту, а потом разбирайтесь, что и к чему?
- Читайте…
- Вес – девяносто три килограмма. Рост – сто восемьдесят два сантиметра…
- Ого! А мой последний мужчина был ниже меня, и качался от ветра…
- Голова. Две руки. Две ноги. …А тут я, пожалуй, промолчу для приличия…
- Нет уж! Мне с ним жить и я должна знать, что у него есть в наличии.
- Да, в общем-то, полный комплект. Даже где-то, на мой взгляд, перебор…
- Перебор? …Это ничего… С недобором я десять лет жила – такой позор!
- Глаза синие, с бирюзой…
- Синие? Но мне никогда не нравились синие глаза.
- Волосы тёмно-русые с сединой.
- Он что, старик?
- Да нет, в общем-то, младше Вас почти на…
- Не надо о возрасте! Конечно я не девочка-стрекоза, но и не старуха с клюкой…
- Уши большие, красивые, средней тяжести. Усы…
- Фу! Растительность на лице! Поди, ещё и табаком пахнут?
- Он не курит, не пьёт.
- А…
- Нет-нет! От женщин не прячется в кусты, всегда навстречу распахнут.
- Так, значит, он бабник?
- Нет, он стеснительный…
- Ну да! Был у меня один «стеснительный» – замучалась с баб снимать… но я не об этом. Так где, говорите, я должна расписаться за бандероль?
- Пункт «пять», «семь» и «одиннадцать», пожалуйста… Пункт «пять» – это подтверждение, что вы познакомились с объектом. «Семь» – что Вы соглашаетесь принять его на оговоренную роль, а «одиннадцать»…
- Но вы не сказали мне, как его зовут!
- Валерий.
- Странное имя… У меня никогда не было Валер… Три Серёжи, Петя и Вова… Впрочем, я, наверное, готова… попробовать… ещё раз попытаться… А вдруг он не захочет остаться?!
- Он – захочет. А Вы, если подпишите пункт «одиннадцать», уже не сможете повернуть ситуацию вспять.
- А что там? Подождите, подождите, я должна внимательно прочитать… Вот только очки надену…
- Не беспокойтесь, я Вам громко и чётко прочту: «Вы, Оксана, обязуетесь любить Валерия в горе и радости, в болезни и здравии, в бедности и богатстве, пока смерть не разлучит вас!»
- Вот те раз! Серьёзный, понимаете ли, пунктик. Я должна подумать…
- Думайте.
- Вы сказали, что он… Валерий… непременно захочет остаться. Почему Вы так уверены?
- Перед тем, как отправить… гм… себя Вам, он подписал все эти пункты. Всё проверено.
- Но почему? Он же совсем меня не знает.
- Знает.
- Откуда?
- Вы пишете стихи?
- А как Вы узнали? Ну… балуюсь понемногу… Больше – от одиночества бегу… Ну и что с того?
- Валерий тоже пишет. И публикуется на том же самом сайте, что и Вы. Он знает Вас, а Вы – его.
- Правда?! А какое у него сетевое имя? Ну-ка, ну-ка, я, кажется, начинаю догадываться…
- Так Вы подпишите пункты «пять», «семь» и «одиннадцать» или мне унести бандероль обратно?
- Вот ещё! Человек такой путь проделал, поди, голодный как не знаю кто… Давайте квитанцию… Невероятно! Мне это снится?
- Не волнуйтесь, это явь и не более того.
- Так… здесь… здесь… и здесь… Ну вот и всё! Открывайте!
- Нет уж! Моя миссия заключается в том, чтобы доставить, объяснить и удалиться. А открывать будете без моего участия. За сим, разрешите откланяться.
- Подождите! …Хотя, конечно… Прощайте… Стойте! А Вас как зовут? Из какой Вы организации? Такое ощущение, что я Вас знаю… или видела где-то…
- Я – Небесный Посланник Всевышней Канцелярии. Будьте здоровы и счастливы. Исчезаю…
- И Вам – не кашлять. И попутного ветра…
Вот же ситуация! Я в прострации! …И что теперь делать? Стоит бандероль, а там – человек, который взял и согласился стать моим супругом… Не известно кто, неизвестно откуда… Ой, что же я?! Он же с дороги! Открываю…
- Здравствуй, Валера…
На прощанье - ни звука.
Граммофон за стеной.
В этом мире разлука -
лишь прообраз иной.
Ибо врозь, а не подле
мало веки смежать
вплоть до смерти. И после
нам не вместе лежать.
II
Кто бы ни был виновен,
но, идя на правЈж,
воздаяния вровень
с невиновными ждешь.
Тем верней расстаемся,
что имеем в виду,
что в Раю не сойдемся,
не столкнемся в Аду.
III
Как подзол раздирает
бороздою соха,
правота разделяет
беспощадней греха.
Не вина, но оплошность
разбивает стекло.
Что скорбеть, расколовшись,
что вино утекло?
IV
Чем тесней единенье,
тем кромешней разрыв.
Не спасет затемненья
ни рапид, ни наплыв.
В нашей твердости толка
больше нету. В чести -
одаренность осколка
жизнь сосуда вести.
V
Наполняйся же хмелем,
осушайся до дна.
Только емкость поделим,
но не крепость вина.
Да и я не загублен,
даже ежели впредь,
кроме сходства зазубрин,
общих черт не узреть.
VI
Нет деленья на чуждых.
Есть граница стыда
в виде разницы в чувствах
при словце "никогда".
Так скорбим, но хороним,
переходим к делам,
чтобы смерть, как синоним,
разделить пополам.
VII
...
VIII
Невозможность свиданья
превращает страну
в вариант мирозданья,
хоть она в ширину,
завидущая к славе,
не уступит любой
залетейской державе;
превзойдет голытьбой.
IX
...
X
Что ж без пользы неволишь
уничтожить следы?
Эти строки всего лишь
подголосок беды.
Обрастание сплетней
подтверждает к тому ж:
расставанье заметней,
чем слияние душ.
XI
И, чтоб гончим не выдал
- ни моим, ни твоим -
адрес мой храпоидол
или твой - херувим,
на прощанье - ни звука;
только хор Аонид.
Так посмертная мука
и при жизни саднит.
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
