Если ты не хочешь, чтобы тебя забыли, как только ты умрешь и сгниешь, пиши достойные книги или совершай поступки, достойные того, чтобы о них писали в книгах
Лежал на земле камень. Крупный и бугристый. Любил он на солнышке греться и за живыми наблюдать.
Вот пролетела далеко в небе птица. Задумался камень: так и обжечься недолго, вон как солнышко к ней близко.
Проползла змея. Ворчит камень: зачем шкурой рисковать, живот царапать?!
Вдруг осторожно села на камень дивная бабочка. Крылышки расправила, усики вытянула и рассмеялась.
- Я такой смешной? – удивился камень.
- Нет, просто жить весело! – не переставая хихикать, ответила красавица.
- Нет ничего веселого. Глупость одна. Ну какой смысл бегать, ползать, летать? Все равно потом конец. А я вечный, потому что не делаю ничего бессмысленного.
- Так ты вообще ничего не делаешь! – задорно пощекотала усиками бабочка пористую текстуру камня.
- Я тысячу лет лежу, за жизнью наблюдаю, обо всем рассуждаю.
- Зачем?!
- Знания накапливаю. Мудрею. А ты, глупенькая, проживешь один день и исчезнешь. Как будто и не было. Так и не узнаешь, как мир устроен, - хвастался твердостью убеждений великий «мудрец».
Бабочка перестала смеяться. Лишь легкая таинственная улыбка украсила юный лик, и загадочная грусть слегка скользнула по ресницам.
- Я хочу рассказать тебе один прекрасный добрый сон, а ты послушай, - сказала бабочка.
Она прикрыла глаза и начала рассказывать.
«Вчера я видела закат,
Как солнце в лоне угасало,
А ночью громом бил в набат
Небесный царь.
Потом устало лился дождь,
Сверкая жемчугом рассвета,
И вел мустангов диких вождь
На водопой...
Просил ответа старый жук
У юной медленной улитки,
И замыкался тайный круг,
Шифруя смысл,
...Вновь я посетил
Тот уголок земли, где я провел
Изгнанником два года незаметных.
Уж десять лет ушло с тех пор - и много
Переменилось в жизни для меня,
И сам, покорный общему закону,
Переменился я - но здесь опять
Минувшее меня объемлет живо,
И, кажется, вечор еще бродил
Я в этих рощах.
Вот опальный домик,
Где жил я с бедной нянею моей.
Уже старушки нет - уж за стеною
Не слышу я шагов ее тяжелых,
Ни кропотливого ее дозора.
Вот холм лесистый, над которым часто
Я сиживал недвижим - и глядел
На озеро, воспоминая с грустью
Иные берега, иные волны...
Меж нив златых и пажитей зеленых
Оно синея стелется широко;
Через его неведомые воды
Плывет рыбак и тянет за собой
Убогой невод. По брегам отлогим
Рассеяны деревни - там за ними
Скривилась мельница, насилу крылья
Ворочая при ветре...
На границе
Владений дедовских, на месте том,
Где в гору подымается дорога,
Изрытая дождями, три сосны
Стоят - одна поодаль, две другие
Друг к дружке близко,- здесь, когда их мимо
Я проезжал верхом при свете лунном,
Знакомым шумом шорох их вершин
Меня приветствовал. По той дороге
Теперь поехал я, и пред собою
Увидел их опять. Они всё те же,
Всё тот же их, знакомый уху шорох -
Но около корней их устарелых
(Где некогда всё было пусто, голо)
Теперь младая роща разрослась,
Зеленая семья; кусты теснятся
Под сенью их как дети. А вдали
Стоит один угрюмый их товарищ
Как старый холостяк, и вкруг него
По-прежнему всё пусто.
Здравствуй, племя
Младое, незнакомое! не я
Увижу твой могучий поздний возраст,
Когда перерастешь моих знакомцев
И старую главу их заслонишь
От глаз прохожего. Но пусть мой внук
Услышит ваш приветный шум, когда,
С приятельской беседы возвращаясь,
Веселых и приятных мыслей полон,
Пройдет он мимо вас во мраке ночи
И обо мне вспомянет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
