а мне понра. скучает, причем романтично))). сразу видно ))))
да, такой романтичный стёб)
Очень хорошее. Только "в какой уборной" немного диссонирует (как по мне), не потому что "уборная" упоминается, а потому что, это, правда, неважно.)
Нет, Наташа, очень важно. Я ради этой уборной стишок и замутил. Ну не ради уборной, а ради умываемых рук. Я как прочитал слова Маши перед отьездом, о том что эта страна неисправима и т.д., так сразу представил почему-то Понтия Пилата руки умывающего. Без этой линии и стишок не имело смысла рифмовать.
Про умывание рук понятно. Но, в том то и дело, что здесь упор получается (внимание уводится, отвлекается) на уборную. Вот я о чем.)
Не, может конечно, но иначе тоже фигня выйдет. Где Маша и где Пилат - уборная подчёркивает комичность аллюзии)
Хорошо, соглашусь. Просто стих мне показался довольно серьёзным, его комичность как-то от меня ускользнула.)
Правда? Здорово как) Наташа, это добрый но стёб. Я бы такое серьёзно не написал никогда.
Мне давно кажется, что вы не вполне понимаете, что у вас получается в итоге,)) вы - поэт-"проводник"(не шучу).
Конечно проводник. Чай заказывать будете?)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.