Как же непросто быть редактором модерируемого поэтического сайта!
Приходится ковыряться в большущей куче навоза, чтобы найти песчинку золотую. Будни каждодневные мои - графоманские сопли вечно жалеющих себя нытиков. Плохо написанные, с примитивными рифмами, с ритмическими сбоями. Бессмысленные стишата, которые приходится отправлять туда, где им и место. На помойку, разумеется.
Вот прислал мне сегодня некий Мишель Лермон стих. Начинаю читать:
Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,
И звезда с звездою говорит.
Блин! Мишенька, у тебя в первой строке слово-паразит живет. Если "выхожу", то, конечно, один. Масло масленое... Посидел бы, подумал, каким смыслом строку дополнить. А на фига? Мир же шедевра ждет! Выхожу один... Да уж.
Вторая строка вообще крышу сносит отсутствием всякой логики. Блеск - это резкое отражение света на каком-то предмете. Какой свет в туманную ночь может вызвать блеск на дороге? Бред какой-то.
Третья строка отправляет в пустыню. Но откуда в нее автор вышел? Любопытно было бы уточнить.
Четвертая строка напоминает урок у логопеда. Звезда с звездою... Выговорить непросто. Мише надо было так: звезда со звездою! Но в размер не лезет, да? Есть примерно такие же спотыкачи из согласных: Мкртчан и взбзднуть... Офигеть нафиг!
Идем дальше, однако.
В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сиянье голубом...
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? жалею ли о чем?
Нет, ну эти нетрадиционники явно обнаглели! Везде подчеркивают свою голубую исключительность. Сияют они, бля!
А потом идет плач-вой привычный. Больно ему... Зуб что-ли ноет? Задолбали. Лишь бы себя пожалеть, любимых...
Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть;
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!
Фу... Наконец-то я понял. Не бином Ньютона! Мишель этот - пенсионер. И жалуется на мизерную пенсию. А повеситься - слабо...
Всё. Читать дальше не обязательно.
Дядя Миша! Ты не туда письмишко кинул. Тут сайт поэтический, а не пенсионный фонд.
А к поэзии твои вирши отношения, увы, не имеют. Да и учиться тебе, судя по всему, поздновато уже.
И так каждый день. Нам, редакторам, за вредность молоко выдавать надо. Как тем царям... Ибо труд наш тягостен шибко!
Эту книгу мне когда-то
В коридоре Госиздата
Подарил один поэт;
Книга порвана, измята,
И в живых поэта нет.
Говорили, что в обличьи
У поэта нечто птичье
И египетское есть;
Было нищее величье
И задерганная честь.
Как боялся он пространства
Коридоров! постоянства
Кредиторов! Он как дар
В диком приступе жеманства
Принимал свой гонорар.
Так елозит по экрану
С реверансами, как спьяну,
Старый клоун в котелке
И, как трезвый, прячет рану
Под жилеткой на пике.
Оперенный рифмой парной,
Кончен подвиг календарный,-
Добрый путь тебе, прощай!
Здравствуй, праздник гонорарный,
Черный белый каравай!
Гнутым словом забавлялся,
Птичьим клювом улыбался,
Встречных с лету брал в зажим,
Одиночества боялся
И стихи читал чужим.
Так и надо жить поэту.
Я и сам сную по свету,
Одиночества боюсь,
В сотый раз за книгу эту
В одиночестве берусь.
Там в стихах пейзажей мало,
Только бестолочь вокзала
И театра кутерьма,
Только люди как попало,
Рынок, очередь, тюрьма.
Жизнь, должно быть, наболтала,
Наплела судьба сама.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
