Вы искренне хотите справедливости, мира и процветания.
У вас глаза горят надеждой на новую жизнь, которая рядом. Вот она! Надо просто стряхнуть с себя прошлое и оказаться в будущем.
Где так уютно, тепло и радостно...
И невдомек этим милым девочкам, что их будущее уже делят циничные, хитрые и жадные дяди.
А вместо белых платьев, цветов и улыбок вскоре на улицах появятся колонны накаченных парубков с отсутствием интеллекта.
И с изумлением поймут девочки, что очкастые эрудиты, еще недавно так красноречиво ратующие за революцию, не могут защитить их от животной силы негодяев, возомнивших себя патриотами.
А потом девочкам ненавязчиво намекнут, что негоже в европейской стране говорить на ордынском языке, уважать чужую историю, смотреть вредные фильмы и поздравлять друг друга с неправильными праздниками.
Девочкам быстро объяснят, что теперь будет вот такой флаг, вот такой гимн, вот такие герои.
И только так. Иначе думать может лишь сепар, москальский жополиз и подлый предатель.
А потому выбор прост: или чемодан-вокзал-Россия, или в тюрьму.
Так что молчи в тряпку и делай, что велено.
Девочки со светлыми лицами...
У вас слезы надежды и веры в глазах.
Вы такие одухотворенные, отважные, замечательные.
Остановись, мгновенье, ты прекрасно!
И не проваливайся в завтрашний день, где "на неведомых дорожках следы невиданных зверей..."
За то, что я руки твои не сумел удержать,
За то, что я предал соленые нежные губы,
Я должен рассвета в дремучем акрополе ждать.
Как я ненавижу пахучие древние срубы!
Ахейские мужи во тьме снаряжают коня,
Зубчатыми пилами в стены вгрызаются крепко;
Никак не уляжется крови сухая возня,
И нет для тебя ни названья, ни звука, ни слепка.
Как мог я подумать, что ты возвратишься, как смел?
Зачем преждевременно я от тебя оторвался?
Еще не рассеялся мрак и петух не пропел,
Еще в древесину горячий топор не врезался.
Прозрачной слезой на стенах проступила смола,
И чувствует город свои деревянные ребра,
Но хлынула к лестницам кровь и на приступ пошла,
И трижды приснился мужам соблазнительный образ.
Где милая Троя? Где царский, где девичий дом?
Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник.
И падают стрелы сухим деревянным дождем,
И стрелы другие растут на земле, как орешник.
Последней звезды безболезненно гаснет укол,
И серою ласточкой утро в окно постучится,
И медленный день, как в соломе проснувшийся вол,
На стогнах, шершавых от долгого сна, шевелится.
Ноябрь 1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
