Ах, признаться, судари и сударыни, до чего жъ всё жъ люблю я наше национальное достояние – наш поэтичный и напевный русский язык – усладу нашу и страсть!
И очередная сверкающая грань языка сего вспомнилась нашему пииту.
А именно – подобрал он словосочетания дивные, где слова разные и пишутся одинаково, и звучат идентично, но в сочетании оных несут новый смысл к тому же!
Итак, вкушаем.
Полные кавалеры (оба слова идентичны – и звучат, и пишутся одинаково):
Светило светило. (Лозунг всех звёзд, если что)
Вина вина. (Да не виновато оно ни в чём, он сам пришёл!)
Слив слив. (Сразу представляется опрокинувшийся в канаву грузовик с фруктами)
Опал опал. (Из ювелирной практики)
Жгут жгут. (К вопросу об утилизации изделий из каучука)
Пила пила. (Тут конечно, да, Кастанедой попахивает. Но вдруг это не инструмент, а рыба пьющая, м?)
Банка банка. (Трёхлитровая, а в ней кредитки оного)
Надежды Надежды. (Какая светлая девушка!)
Стекло стекло. (При термоядерном взрыве – да легко!)
Раскрой раскрой. (Приподними завесу тайны портняжного искусства)
Одинаково звучащие, но с разной дефиницией:
Совершенно летняя совершеннолетняя. (Ах, двойная радость!)
Напасть на пасть. (Из практики охотников)
Сутками с утками. (В яблоках)
А на нас ананас. (А на вас рябчик!)
Даю наводку: даю на водку. (Добрый ты человееек!)
Доза мужества до замужества. (Вот это моё любимое, крепитесь, барышни!)
Вор он, ворон! (Нечто пугачёвское)
Нашёл носок - нашёл на сок. (На следующий день, после того как дали на водку)
Пишутся одинаково, но разные ударения:
Целу́ю це́лую. (И то верно, нам комплект нужен!)
Проруби́ про́руби. (И чего-то в них налови.)
По́сох посо́х. (А так как дождь кончился, учителю мудрости можно продолжить путь)
И наконец, четвертое место и путёвка в Лигу Европы:
Пишутся по-разному, звучат одинаково:
Добраться до братца. (И задать ему перца!)
Курица курится. (Ах, как в воздухе запахло шашлыком!)
Цените наш язык, друзья.
И пребудут с вами Пушкин, Василий Буслаев да кот Баян, снова с гуслями пьян.
Ура!
П.С. Ну и палиндромчиков вам авторских, например:
Таракан зло полз на карат.
Ворон турка а крут норов.
А кран пал у лап нарка.
А барк хорош – там и мат – шорох краба.
(Как представлю себе корабль такой огромный, что там даже пятиэтажный мат матросни - словно шёпот, так прямо ах!)
П.П.С. Однако вершиной в подобного рода экзерсисах является грамматически корректная фраза на языке Шекспира и Марка Твена:
«Buffalo buffalo Buffalo buffalo buffalo buffalo Buffalo buffalo»
(«Буффальские бизоны, которых пугают (другие) буффальские бизоны, пугают буффальских бизонов»),
где:
1. Buffalo - прилагательное: из города Буффало, штат Нью-Йорк, США; слово выступает в значении «буффальский»;
2. Buffalo - имя существительное: бизон или буйвол во множественном числе;
3. To buffalo - глагол, означающий «пугать, приводить в замешательство».
Обступает меня тишина,
предприятие смерти дочернее.
Мысль моя, тишиной внушена,
порывается в небо вечернее.
В небе отзвука ищет она
и находит. И пишет губерния.
Караоке и лондонский паб
мне вечернее небо навеяло,
где за стойкой услужливый краб
виски с пивом мешает, как велено.
Мистер Кокни кричит, что озяб.
В зеркалах отражается дерево.
Миссис Кокни, жеманясь чуть-чуть,
к микрофону выходит на подиум,
подставляя колени и грудь
популярным, как виски, мелодиям,
норовит наготою сверкнуть
в подражании дивам юродивом
и поёт. Как умеет поёт.
Никому не жена, не метафора.
Жара, шороху, жизни даёт,
безнадежно от такта отстав она.
Или это мелодия врёт,
мстит за рано погибшего автора?
Ты развей моё горе, развей,
успокой Аполлона Есенина.
Так далёко не ходит сабвей,
это к северу, если от севера,
это можно представить живей,
спиртом спирт запивая рассеяно.
Это западных веяний чад,
год отмены катушек кассетами,
это пение наших девчат,
пэтэушниц Заставы и Сетуни.
Так майлав и гудбай горячат,
что гасить и не думают свет они.
Это всё караоке одне.
Очи карие. Вечером карие.
Утром серые с чёрным на дне.
Это сердце моё пролетарии
микрофоном зажмут в тишине,
беспардонны в любом полушарии.
Залечи мою боль, залечи.
Ровно в полночь и той же отравою.
Это белой горячки грачи
прилетели за русскою славою,
многим в левую вложат ключи,
а Модесту Саврасову — в правую.
Отступает ни с чем тишина.
Паб закрылся. Кемарит губерния.
И становится в небе слышна
песня чистая и колыбельная.
Нам сулит воскресенье она,
и теперь уже без погребения.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
