Обошёл ныне в поисках сахара пять магазинов. Потом плюнул.
Так как дошла до вздорного поэта суть устроенного проворными настырными бабками истребления сахара. Это религиозное течение фанатиков – сахарный бабкоджихад!
Разогретые экстремистскими фетвами эмира аль-Рафинади, да хранит его Минпищепром и приветствует, полчища кочевых бабок с гиканьем и шамканьем ринулись в военный поход на сахар. Дабы создать свой Сахаралифат. Задали сахару перца, понимаешь.
Ну и опять-таки – «песочный» вид сего продукта вызывает у воинственных бабкокочевников ностальгические мысли о родных пустынях. И ещё – самая известная пустыня зря, что ли, носит название Сахара, я вас спрашиваю?
Такие дела. Звучит заунывный вой шаббаба, причитание зурны, стучит боевой барабан.
Бабки с насупленными бровями седлают своих боевых верблюдов и с гиканьем уносятся вдаль. На штурм очередного хорошо укреплённого и богатого продуктового магазина.
И не страшны им пылевые бури, ибо сами они есть буря…
В рядах воинства выделяются своим диковинным свирепым видом участницы гречишного джихада 2020, а некоторые - и 2008 года.
Вон легендарная Марьван-апа, учительница праведности, обучающая воинов, как правильно занимать очередь и брать штурмом окошки оплаты.
Вон устремилась рысцой вдаль сотня знаменитой бесстрашной Петровны-хатун, которая в месяце нисане огненного 2020, несмотря на превосходящих численностью охранников и кассиров вынесла на руках из горящего Мегамартбада десять тележек туалетной бумаги!
Отборные, не знающие жалости воины, закалённые колючими ветрами очередей и прошедшие горнила яростных схваток в собесах и поликлиниках…
А сколько ещё впереди славных походов!
Какие ещё дали откроются их кочевым ордам?
Лапшевой джихад? Крупяной?
Ибо, как прозорливо заметил поэтический бухарик…тьфу! бухарский поэт почтеннейший Ар-Перебди,
«когда лавина /
спускается в долины/,
поздно доставать /
табличку «Закрыто».
Рабочий, медик ли, прораб ли -
Одним недугом сражены -
Идут простые, словно грабли,
России хмурые сыны.
В ларьке чудовищная баба
Дает "Молдавского" прорабу.
Смиряя свистопляску рук,
Он выпил, скорчился - и вдруг
Над табором советской власти
Легко взмывает и летит,
Печальным демоном глядит
И алчет африканской страсти.
Есть, правда, трезвенники, но
Они, как правило, говно.
Алкоголизм, хоть имя дико,
Но мне ласкает слух оно.
Мы все от мала до велика
Лакали разное вино.
Оно прелестную свободу
Сулит великому народу.
И я, задумчивый поэт,
Прилежно целых девять лет
От одиночества и злости
Искал спасения в вине,
До той поры, когда ко мне
Наведываться стали в гости
Вампиры в рыбьей чешуе
И чертенята на свинье.
Прощай, хранительница дружбы
И саботажница любви!
Благодарю тебя за службу
Да и за пакости твои.
Я ль за тобой не волочился,
Сходился, ссорился, лечился
И вылечился наконец.
Веди другого под венец
(Молодоженам честь и место),
Форси в стеклянном пиджаке.
Последний раз к твоей руке
Прильну, стыдливая невеста,
Всплакну и брошу на шарап.
Будь с ней поласковей, прораб.
1979
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
