Тренировку начинаю сидя у бортика, настраиваюсь, молюсь. Выхожу на лед, начинаю с пробежки по центральному кругу. Минуту, может две так разогреваюсь. Потом начинаю делать фонарики из положения сидя. Как любит Загитова, бью по коленкам, снова разогреваюсь, хочу почувствовать сцепление со льдом.
Потом делаю легкую сначала перетяжку, затем перебежку назад, снова разогреваюсь таким уже образом.
Начинаю делать тройку на правой ноге. Затем на левой, и по очереди то на правой, то на левой. Потом делаю их вместе, и сразу же делаю первый прыжок сальхов.
После всего этого, снова делаю перебежку со сменой ног, покачивая то на левую, то на правую стороны и помогаю себе руками.
Потом делаю дуги на одной ноге, сначало на правой, потом на левой. Обычно все это занимает минут 15.
Потом начинаю делать заход во вращение в самом центре круга, делаю вращение винт, потом повторяю еще раз, если что-то не понравилось.
Затем по-разному либо делаю тулуп, либо перекидной и аксель.
Потом делаю сальхов, потом флип, повторяю несколько раз, в зависимости от настроения.
После этого начинаю снова делать вращение, обычно на это все уходит около получаса.
Во второй части часа, начинаю с тройки и делаю перебежку назад. Разминаюсь немного.
Потом снова начинаю делать прыжки, в зависимости от настроения, бывает и каскады, например перекидной-аксель-тулуп или просто тулуп-тулуп.
Это занимает примерно 15 минут, у меня остается еще 15 минут.
В конце обычно начинаю с перебежкки назад, прыгать начинаю с акселя, потом риттбиргер, в конце лутц, повторяю эти прыжки несколько раз, если не нравится что-то, чуть больше, особенно тот где выезд смазан.
В самом конце тренировки делаю вращение винт, благодарю лед, хлопаю по нему.
В конце перед бортиком обязательное торможение на коньках.
Один графоман в солидный журнал
прислал корявый стишок.
Совсем таланта не было в нем,
и стиль был весьма смешон.
Но чтобы вывод под стих подвесть,
в нем были такие слова:
«Жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Младший редактор сказал: «Пустяки!
Ступай-ка в корзину, брат!»
Но чем-то тронули сердце стихи,
и он их вернул назад.
– Вчера я пришел веселенький весь,
и жена была неправа.
Но «жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Редактор отдела, увидев стих,
наморщил высокий лоб.
Стихи банальные. Автор псих.
А младший редактор жлоб.
Но строчки вошли, как благая весть,
до самого естества.
«Жизнь такова, какова она есть,
И больше — никакова!»
И свой кабинет озирая весь,
подумал любимец богов:
«А может, и я таков, как есть,
И больше совсем никаков».
И страшная мысль, как роса с травы,
скатилась с его головы:
А может, и все таковы, каковы,
И больше — никаковы?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
