В субботу перед Пасхой происходит, пожалуй, самое непостижимое чудо – схождение Благодатного огня. Происходит это только в храме Господнем в Иерусалиме. Небесный огонь спускается на Землю благодатью для людей – не обжигает поначалу, демонстрируя свою божественность нежеланием причинить боль, способствует открытию каких- то способностей, исцелению. Это ли не проявление Свыше добра, любви к простым смертным? А что же человек, люди, как они проявляют себя в ожидании блага?
Самое печальное, что в самом уникальном по своей благости месте планеты происходили и происходят конфликты, драки священнослужителей, по своему определению являющихся посредниками между Небесными силами и земными жителями. Те, кто должны подавать людям примеры миролюбия, смирения, чистоты помыслов и действий, понимания корней всякого рода противозаконных действий, опускаются до скандалов, рукопашных схваток, как дворовые хулиганы. Это сказано не для их осуждения, которого они, несомненно, заслуживают.
На каком уровне развития находится человеческое общество, если самая чистая по духу (как должно быть), значит, высокая его часть – духовенство, наставляя прихожан на высокую мораль, взывая к нравственной чистоте, само увязло в антидуховности? Нет, наверное, уже ни одного греха, вписанного или не вписанного в религиозные уставы, которые не нарушались бы «пастухами» паствы. Плохие примеры заразительны, и хуже того – люди с неокрепшим духом находят в них оправдание своим низменным страстям, наклонностям. И идут они в храм, будучи уверенными, что будут прощены. Кем? Священнослужителем.
Как тут не напомнить, что путь к Божественным вершинам тернист. Очень тернист.
Человек я крещеный. Молитвы читаю ежедневно утром и вечером.
Можно только сожалеть, что вы не поняли смысла написаного.
Судя по комментарию вы тоже нас не поняли)
Только я искренне не понимаю, как можно читать молитвы Богу, у которого в подчинении дьявол. Бог есть Истина, а дьявол - ложь и отец лжи. Если Истина допускает ложь, то это не Истина.
Как я поняла, речь о церковных располагается вообще.
И да, кому многое дано, с того многое и спросится, и кто сам не входит и другим не дает...
Ну а также сказано про мерзость запустения на месте святом. Что до падшего Ангела, он через людей и в людях, а не в любящем Отце, как его понимают Христиане. Но вечный вопрос существования и не существования Зла кто только не обсуждал, боюсь тут нам не справиться. Места не хватит)
О церковных расколах* вообще..
Пост оч. напоминает Булгакова - "Кароши люблю, плохой — нет, — сурово говорил иностранец"(с).
Чес. слово детский сад какой-то, пардон
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Светало поздно. Одеяло
Сползало на пол. Сизый свет
Сквозь жалюзи мало-помалу
Скользил с предмета на предмет.
По мере шаткого скольженья,
Раздваивая светотень,
Луч бил наискосок в "Оленью
Охоту". Трепетный олень
Летел стремглав. Охотник пылкий
Облокотился на приклад.
Свет трогал тусклые бутылки
И лиловатый виноград
Вчерашней трапезы, колоду
Игральных карт и кожуру
Граната, в зеркале комода
Чертил зигзаги. По двору
Плыл пьяный запах - гнали чачу.
Индюк барахтался в пыли.
Пошли слоняться наудачу,
Куда глаза глядят пошли.
Вскарабкайся на холм соседний,
Увидишь с этой высоты,
Что ночью первый снег осенний
Одел далекие хребты.
На пасмурном булыжном пляже
Откроешь пачку сигарет.
Есть в этом мусорном пейзаже
Какой-то тягостный секрет.
Газета, сломанные грабли,
Заржавленные якоря.
Позеленели и озябли
Косые волны октября.
Наверняка по краю шири
Вдоль горизонта серых вод
Пройдет без четверти четыре
Экскурсионный теплоход
"Сухум-Батум" с заходом в Поти.
Он служит много лет подряд,
И чайки в бреющем полете
Над ним горланят и парят.
Я плавал этим теплоходом.
Он переполнен, даже трюм
Битком набит курортным сбродом -
Попойка, сутолока, шум.
Там нарасхват плохое пиво,
Диск "Бони М", духи "Кармен".
На верхней палубе лениво
Господствует нацмен-бармен.
Он "чита-брита" напевает,
Глаза блудливые косит,
Он наливает, как играет,
Над головой его висит
Генералиссимус, а рядом
В овальной рамке из фольги,
Синея вышколенным взглядом,
С немецкой розовой ноги
Красавица капрон спускает.
Поют и пьют на все лады,
А за винтом, шипя, сверкает
Живая изморозь воды.
Сойди с двенадцати ступенек
За багажом в похмельный трюм.
Печали много, мало денег -
В иллюминаторе Батум.
На пристани, дыша сивухой,
Поможет в поисках жилья
Железнозубая старуха -
Такою будет смерть моя...
Давай вставай, пошли без цели
Сквозь ежевику пустыря.
Озябли и позеленели
Косые волны октября.
Включали свет, темнело рано.
Мой незадачливый стрелок
Дремал над спинкою дивана,
Олень летел, не чуя ног.
Вот так и жить. Тянуть боржоми.
Махнуть рукой на календарь.
Все в участи приемлю, кроме...
Но это, как писали встарь,
Предмет особого рассказа,
Мне снится тихое село
Неподалеку от Кавказа.
Доселе в памяти светло.
1980
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.