О законах мироздания.
Глава 2. О Боге, Дьяволе и совершенствовании душ в их Системах.
Написано по информации, полученной Секлитовой Л.А. Стрельниковой Л.Л. на контактах с Высшим Разумом
Дьявол – это высокоразвитая Суть, Личность индивидуальная и неповторимая, как и Бог.
По Сутевому строению «Дьявол представляет собой систему, согласно которой находящиеся на попечении индивидуумы подчиняются Дьяволу беспрекословно».
Такая беспрекословная система подчинения вырабатывает в повинующихся точность выполнения программ, задач и действий, которые характеризуют Суть как абсолютную безвольную частность, являющуюся потенциальной частью Сути Дьявола и представляющую в Нём качественный элемент развития.
Основной функцией Дьявола является разрушение, в отличии от Бога, у которого основная функция – созидание.
Без своей кардинальной функции Дьявол не достиг бы того положения, которое Он занимает на сегодняшний момент. Его деятельность является необходимой и естественной в общем организме Естества, где помимо созидательных процессов, должны происходить и разрушительные, удаляющие всё неудачное или устаревшее для освобождения места новому и более современному. Это необходимо для очищения и обновления Естества.
В итоге своём, Бог и Дьявол – неразделимы и представляют собой Суть с общим положительным результатом действия, так как Бог по мощи намного превосходит Дьявола. По этой причине Дьявол беспрекословно подчиняется Богу.
Помимо разрушения, к основным качествам Дьявола относятся: точность в расчётах, огромная власть над цифрами, виртуозность в составлении наисложнейших программ.
Если сравнить программы, по которым развиваются Сути в Иерархии Бога и в Иерархии Дьявола, то различие будет следующее:
1. Программы Сутей Бога имеют разветвлённую форму, потому что состоят из нескольких вариантов путей и Суть, благодаря свободе выбора, сама решает, по какому идти.
2. Программы Сутей Дьявола имеют линейную форму с жёстко соединёнными ситуациями без права выбора и, какими бы сложными они ни были, индивидуум обязан их проходить, не имея права что-то смягчать для себя.
Суть Дьявола состоит из определённого числа частных структур, объединённых воедино однородностью слагающих их отрицательных энергий. При этом каждая Суть сохраняет свою индивидуальность, как и Сути Бога.
Однозначные программы Сутей создают свои трудности в развитии Самого Дьявола, поскольку Он должен быть разносторонним, как всякий единый и многофункциональный Организм. Поэтому упрощённые частные программы ведут к усложнению общей программы в целом и одновременно приводят к усложнению прохождения самих ситуаций. Суть проходит через максимально усложнённые ситуации, компенсируя таким способом наработку разнообразных типов энергий и нарабатывая многообразие личных качеств.
Развиваться у Бога или у Дьявола – зависит от качественных характеристик и от тех энергий, которые нарабатывает Суть за конкретное число воплощений, после чего происходит разделение. Это бывает только раз. В последующих стадиях развития Суть уже не может переходить из одной Иерархии в другую, потому что, развиваясь в одной из них, она строит себя так специфически и из таких энергий, что существование в другой для неё становится невозможным.
В результате совершаемых однотипных действий Главный Иерарх Отрицательной Системы «нарабатывает однонаправленный композит», состоящий в большинстве своём из отрицательной энергии. И, хотя малая доля положительных энергий присутствует в конструкции Дьявола, Он обладает только одинарной формой образующего Его порядка – отрицательного, в то время как Бог обладает «двоякой множественной формой» составляющих Его энергий: положительной и отрицательной.
На полярных морях и на южных,
По изгибам зеленых зыбей,
Меж базальтовых скал и жемчужных
Шелестят паруса кораблей.
Быстрокрылых ведут капитаны,
Открыватели новых земель,
Для кого не страшны ураганы,
Кто изведал мальстремы и мель,
Чья не пылью затерянных хартий, —
Солью моря пропитана грудь,
Кто иглой на разорванной карте
Отмечает свой дерзостный путь
И, взойдя на трепещущий мостик,
Вспоминает покинутый порт,
Отряхая ударами трости
Клочья пены с высоких ботфорт,
Или, бунт на борту обнаружив,
Из-за пояса рвет пистолет,
Так что сыпется золото с кружев,
С розоватых брабантских манжет.
Пусть безумствует море и хлещет,
Гребни волн поднялись в небеса,
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернет паруса.
Разве трусам даны эти руки,
Этот острый, уверенный взгляд
Что умеет на вражьи фелуки
Неожиданно бросить фрегат,
Меткой пулей, острогой железной
Настигать исполинских китов
И приметить в ночи многозвездной
Охранительный свет маяков?
II
Вы все, паладины Зеленого Храма,
Над пасмурным морем следившие румб,
Гонзальво и Кук, Лаперуз и де-Гама,
Мечтатель и царь, генуэзец Колумб!
Ганнон Карфагенянин, князь Сенегамбий,
Синдбад-Мореход и могучий Улисс,
О ваших победах гремят в дифирамбе
Седые валы, набегая на мыс!
А вы, королевские псы, флибустьеры,
Хранившие золото в темном порту,
Скитальцы арабы, искатели веры
И первые люди на первом плоту!
И все, кто дерзает, кто хочет, кто ищет,
Кому опостылели страны отцов,
Кто дерзко хохочет, насмешливо свищет,
Внимая заветам седых мудрецов!
Как странно, как сладко входить в ваши грезы,
Заветные ваши шептать имена,
И вдруг догадаться, какие наркозы
Когда-то рождала для вас глубина!
И кажется — в мире, как прежде, есть страны,
Куда не ступала людская нога,
Где в солнечных рощах живут великаны
И светят в прозрачной воде жемчуга.
С деревьев стекают душистые смолы,
Узорные листья лепечут: «Скорей,
Здесь реют червонного золота пчелы,
Здесь розы краснее, чем пурпур царей!»
И карлики с птицами спорят за гнезда,
И нежен у девушек профиль лица…
Как будто не все пересчитаны звезды,
Как будто наш мир не открыт до конца!
III
Только глянет сквозь утесы
Королевский старый форт,
Как веселые матросы
Поспешат в знакомый порт.
Там, хватив в таверне сидру,
Речь ведет болтливый дед,
Что сразить морскую гидру
Может черный арбалет.
Темнокожие мулатки
И гадают, и поют,
И несется запах сладкий
От готовящихся блюд.
А в заплеванных тавернах
От заката до утра
Мечут ряд колод неверных
Завитые шулера.
Хорошо по докам порта
И слоняться, и лежать,
И с солдатами из форта
Ночью драки затевать.
Иль у знатных иностранок
Дерзко выклянчить два су,
Продавать им обезьянок
С медным обручем в носу.
А потом бледнеть от злости,
Амулет зажать в полу,
Всё проигрывая в кости
На затоптанном полу.
Но смолкает зов дурмана,
Пьяных слов бессвязный лет,
Только рупор капитана
Их к отплытью призовет.
IV
Но в мире есть иные области,
Луной мучительной томимы.
Для высшей силы, высшей доблести
Они навек недостижимы.
Там волны с блесками и всплесками
Непрекращаемого танца,
И там летит скачками резкими
Корабль Летучего Голландца.
Ни риф, ни мель ему не встретятся,
Но, знак печали и несчастий,
Огни святого Эльма светятся,
Усеяв борт его и снасти.
Сам капитан, скользя над бездною,
За шляпу держится рукою,
Окровавленной, но железною.
В штурвал вцепляется — другою.
Как смерть, бледны его товарищи,
У всех одна и та же дума.
Так смотрят трупы на пожарище,
Невыразимо и угрюмо.
И если в час прозрачный, утренний
Пловцы в морях его встречали,
Их вечно мучил голос внутренний
Слепым предвестием печали.
Ватаге буйной и воинственной
Так много сложено историй,
Но всех страшней и всех таинственней
Для смелых пенителей моря —
О том, что где-то есть окраина —
Туда, за тропик Козерога!—
Где капитана с ликом Каина
Легла ужасная дорога.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
