О законах мироздания.
Глава 4. Основы мироздания: триединство и Абсолют. Начало, преобразование и принципы построения всего сущего.
Написано на основе информации, полученной Секлитовой Л.А., Стрельниковой Л.Л. на контактах с Высшим Разумом
Абсолютное Состояние – это итоговое состояние определённого этапа совершенствования на очень большом временном промежутке. Оно включает в себя конечно – стадийное развитие всех форм и процессов, входящих в данный макси–объём и создающее вместе единую общность.
Каждый Абсолют слагает точное расчётное количество Сутей, достигших требуемых для него норм развития. Абсолют приходит к конечному результату в развитии, только когда все слагающие его номинации достигают абсолютных состояний, и число этих номинаций составляет полный набор, необходимый для него на данном этапе прогрессирования.
«Абсолютное число заключает в себе» все числовые значения и функции постадийного развития (предшествующее итоговому значению) от первоначального состояния до конечного результата.
В данном случае – это Абсолют, Бог, который вмещает в Себя чёткое построение Иерархии.
Полученный макси–Объём, высший Уровень развития в своём истинном состоянии, является Абсолютом для Иерархии, Его составляющей. Но при переходе на следующий, более высокий этап эволюции, он будет являться для него низшей формой, и начнёт своё развитие с первой ступени. В этом – бесконечность совершенствования и течение жизни.
Итоговый вариант общего развития всей конструкции Иерархии, являет собой индивидуума Высшего порядка. Все Сути, которые совершенствуются в Иерархии, должны пройти путь от низшего Уровня до последнего, чтобы достичь состояния Абсолюта. Общий Абсолют слагают Абсолюты, число которых точно рассчитано.
Развитие Единоцелостной структуры Абсолюта зависит от прогрессирования Сутей на Уровнях Его Иерархии, от скорости их развития, от степени набора качественных и количественных показателей. Поэтому каждый Уровень строго рассчитан, построен и систематизирован.
Каждый Уровень имеет свой диапазон энергий от нижнего до верхнего предела. Суть, не набравшая энергий необходимого потенциала, не сможет подняться на данный Уровень, а та, которая достигла верхней границы, будет «вытолкнута» за её пределы, на следующий более высокий Уровень. В свою очередь Уровни подразделяются на подуровни, каждому из которых свойственны свои технологические процессы качественного преобразования личностей. Технология задаётся видом трансформируемых энергий и требуемым результатом, а от неё уже зависят ситуации и образ существования, в которые вовлекаются Сути.
Путь развития души лежит только через Иерархию и Абсолют. Любая Иерархия заканчивается Абсолютом. Меньшие Абсолюты в ходе общего прогрессирования переходят в бОльшие Абсолюты, и так до бесконечности.
При этом первичные Абсолюты являются новшествами для вышестоящего Абсолюта, но их отправная организация структур «начинается не с нуль, а с единицы», потому что каждый нижестоящий Абсолют уже имеет свою собственную базу накоплений, занимающую объём от нуля до единицы.
Развитие любого организма подлежит расчёту и систематизации. Абсолюты в этом не исключение. Систематизация идёт по качественным показателям и степени развития и уходит в бесконечность. Бесконечность состоит из пределов (миры один в другом), а это выражает совмещение их объёмов, и поэтому один Абсолют пребывает в следующем, более масштабном. В каждом таком Объёме – предельное число Абсолютов.
Сам процесс создания абсолютных образований относится к «системе Триединого постоянства», которое включает Управленческую часть и базовое единение, состоящее из положительных и отрицательных состояний.
Альберт Фролов, любитель тишины.
Мать штемпелем стучала по конвертам
на почте. Что касается отца,
он пал за независимость чухны,
успев продлить фамилию Альбертом,
но не видав Альбертова лица.
Сын гений свой воспитывал в тиши.
Я помню эту шишку на макушке:
он сполз на зоологии под стол,
не выяснив отсутствия души
в совместно распатроненной лягушке.
Что позже обеспечило простор
полету его мыслей, каковым
он предавался вплоть до института,
где он вступил с архангелом в борьбу.
И вот, как согрешивший херувим,
он пал на землю с облака. И тут-то
он обнаружил под рукой трубу.
Звук – форма продолженья тишины,
подобье развивающейся ленты.
Солируя, он скашивал зрачки
на раструб, где мерцали, зажжены
софитами, – пока аплодисменты
их там не задували – светлячки.
Но то бывало вечером, а днем -
днем звезд не видно. Даже из колодца.
Жена ушла, не выстирав носки.
Старуха-мать заботилась о нем.
Он начал пить, впоследствии – колоться
черт знает чем. Наверное, с тоски,
с отчаянья – но дьявол разберет.
Я в этом, к сожалению, не сведущ.
Есть и другая, кажется, шкала:
когда играешь, видишь наперед
на восемь тактов – ампулы ж, как светочь
шестнадцать озаряли... Зеркала
дворцов культуры, где его состав
играл, вбирали хмуро и учтиво
черты, экземой траченые. Но
потом, перевоспитывать устав
его за разложенье колектива,
уволили. И, выдавив: «говно!»
он, словно затухающее «ля»,
не сделав из дальнейшего маршрута
досужих достояния очес,
как строчка, что влезает на поля,
вернее – доводя до абсолюта
идею увольнения, исчез.
___
Второго января, в глухую ночь,
мой теплоход отшвартовался в Сочи.
Хотелось пить. Я двинул наугад
по переулкам, уходившим прочь
от порта к центру, и в разгаре ночи
набрел на ресторацию «Каскад».
Шел Новый Год. Поддельная хвоя
свисала с пальм. Вдоль столиков кружился
грузинский сброд, поющий «Тбилисо».
Везде есть жизнь, и тут была своя.
Услышав соло, я насторожился
и поднял над бутылками лицо.
«Каскад» был полон. Чудом отыскав
проход к эстраде, в хаосе из лязга
и запахов я сгорбленной спине
сказал: «Альберт» и тронул за рукав;
и страшная, чудовищная маска
оборотилась медленно ко мне.
Сплошные струпья. Высохшие и
набрякшие. Лишь слипшиеся пряди,
нетронутые струпьями, и взгляд
принадлежали школьнику, в мои,
как я в его, косившему тетради
уже двенадцать лет тому назад.
«Как ты здесь оказался в несезон?»
Сухая кожа, сморщенная в виде
коры. Зрачки – как белки из дупла.
«А сам ты как?» "Я, видишь ли, Язон.
Язон, застярвший на зиму в Колхиде.
Моя экзема требует тепла..."
Потом мы вышли. Редкие огни,
небес предотвращавшие с бульваром
слияние. Квартальный – осетин.
И даже здесь держащийся в тени
мой провожатый, человек с футляром.
«Ты здесь один?» «Да, думаю, один».
Язон? Навряд ли. Иов, небеса
ни в чем не упрекающий, а просто
сливающийся с ночью на живот
и смерть... Береговая полоса,
и острый запах водорослей с Оста,
незримой пальмы шорохи – и вот
все вдруг качнулось. И тогда во тьме
на миг блеснуло что-то на причале.
И звук поплыл, вплетаясь в тишину,
вдогонку удалявшейся корме.
И я услышал, полную печали,
«Высокую-высокую луну».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
