О законах мироздания.
Глава 10. Информация, ее формы и носители в тонком мире. Передача информации на физический план.
Написано на основе информации, полученной Секлитовой Л.А., Стрельниковой Л.Л. на контактах с Высшим Разумом
«Передача импульсов в пространстве, начиная с «тонкого» плана и заканчивая физическим, вырабатывает обособленную линию конфигуративного построения, которая является каналом трансляции. Каждая Суть и любая одухотворённая прогрессия имеют свои собственные каналы импульсной передачи, благодаря которым поддерживается взаимосвязанный контроль развития Высших над Низшими».
В организме человека нервная система контролирует все процессы жизнеобеспечения, используя импульсную связь.
Проходя от Высших к низшим, импульс претерпевает ряд переходных моментов, так как он идёт из мира с более высоким потенциалом в мир с меньшим потенциалом, из зоны одних материй – в другие. В физическом мире после того, как импульс воспринимается человеческим мозгом, он продолжает изменяться в мыслительном аппарате, «где образ приобретает другие характерные показатели, такие как число, цвет, звук, запах».
Человеческий мыслительный аппарат расшифровывает образ и переадресовывает его на «тонкий» план, соединяя с новой информацией пси-импульса. Происходит соединение существующих на данный момент понятий с новой энергетикой, перевод её через субстанцию числового и звукового изображения в новые, уже понятные человеку смысловые трактовки. Импульс включает в себя расшифровку вплоть до цветовой голограммы. Подобный процесс воспринимается как работа воображения и позволяет индивиду мыслить более объёмно и масштабно. Поэтому у освоивших это – богатое воображение, а у не освоивших – бедное.
«Тем самым, образ, созданный на психофизическом плане», превращается в импульс, с которым человек работает в своём воображении, трансформируя его в новые учения и теории. Данный импульс обладает уже собственными характеристиками, то есть числовыми значениями, которые способны трансформировать его через математические функции в различные состояния.
«Цветоисчисление – особое направление в развитии и перетрансформации импульса». Импульс через числовые расчеты преобразуется в цвет, который используется для совершенствования чувств человека.
«Цвет в импульсе подразделяет себя на некое число цветограмм», каждая из которых несёт в себе один цвет и имеет собственный код. Любая цветограмма через импульс может развернуться в соответствующую цветовую форму.
Так же трансформируются звуки, числа, запах. И вся эта наисложнейшая система передачи импульса Сверху и работа с ним человеческим мышлением сотворена ради воспитания человека, ради совершенствования его души, а так же для решения отдельных задач общего развития Единоцелостного организма.
Альберт Фролов, любитель тишины.
Мать штемпелем стучала по конвертам
на почте. Что касается отца,
он пал за независимость чухны,
успев продлить фамилию Альбертом,
но не видав Альбертова лица.
Сын гений свой воспитывал в тиши.
Я помню эту шишку на макушке:
он сполз на зоологии под стол,
не выяснив отсутствия души
в совместно распатроненной лягушке.
Что позже обеспечило простор
полету его мыслей, каковым
он предавался вплоть до института,
где он вступил с архангелом в борьбу.
И вот, как согрешивший херувим,
он пал на землю с облака. И тут-то
он обнаружил под рукой трубу.
Звук – форма продолженья тишины,
подобье развивающейся ленты.
Солируя, он скашивал зрачки
на раструб, где мерцали, зажжены
софитами, – пока аплодисменты
их там не задували – светлячки.
Но то бывало вечером, а днем -
днем звезд не видно. Даже из колодца.
Жена ушла, не выстирав носки.
Старуха-мать заботилась о нем.
Он начал пить, впоследствии – колоться
черт знает чем. Наверное, с тоски,
с отчаянья – но дьявол разберет.
Я в этом, к сожалению, не сведущ.
Есть и другая, кажется, шкала:
когда играешь, видишь наперед
на восемь тактов – ампулы ж, как светочь
шестнадцать озаряли... Зеркала
дворцов культуры, где его состав
играл, вбирали хмуро и учтиво
черты, экземой траченые. Но
потом, перевоспитывать устав
его за разложенье колектива,
уволили. И, выдавив: «говно!»
он, словно затухающее «ля»,
не сделав из дальнейшего маршрута
досужих достояния очес,
как строчка, что влезает на поля,
вернее – доводя до абсолюта
идею увольнения, исчез.
___
Второго января, в глухую ночь,
мой теплоход отшвартовался в Сочи.
Хотелось пить. Я двинул наугад
по переулкам, уходившим прочь
от порта к центру, и в разгаре ночи
набрел на ресторацию «Каскад».
Шел Новый Год. Поддельная хвоя
свисала с пальм. Вдоль столиков кружился
грузинский сброд, поющий «Тбилисо».
Везде есть жизнь, и тут была своя.
Услышав соло, я насторожился
и поднял над бутылками лицо.
«Каскад» был полон. Чудом отыскав
проход к эстраде, в хаосе из лязга
и запахов я сгорбленной спине
сказал: «Альберт» и тронул за рукав;
и страшная, чудовищная маска
оборотилась медленно ко мне.
Сплошные струпья. Высохшие и
набрякшие. Лишь слипшиеся пряди,
нетронутые струпьями, и взгляд
принадлежали школьнику, в мои,
как я в его, косившему тетради
уже двенадцать лет тому назад.
«Как ты здесь оказался в несезон?»
Сухая кожа, сморщенная в виде
коры. Зрачки – как белки из дупла.
«А сам ты как?» "Я, видишь ли, Язон.
Язон, застярвший на зиму в Колхиде.
Моя экзема требует тепла..."
Потом мы вышли. Редкие огни,
небес предотвращавшие с бульваром
слияние. Квартальный – осетин.
И даже здесь держащийся в тени
мой провожатый, человек с футляром.
«Ты здесь один?» «Да, думаю, один».
Язон? Навряд ли. Иов, небеса
ни в чем не упрекающий, а просто
сливающийся с ночью на живот
и смерть... Береговая полоса,
и острый запах водорослей с Оста,
незримой пальмы шорохи – и вот
все вдруг качнулось. И тогда во тьме
на миг блеснуло что-то на причале.
И звук поплыл, вплетаясь в тишину,
вдогонку удалявшейся корме.
И я услышал, полную печали,
«Высокую-высокую луну».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.