Как жить в этом мире совестливому человеку?(Часть2)
Дождаться других, более лучших времен на Земле - также не суждено.Слишком рано родился. И через 100 лет - рано. Да, пожалуй, и через 200 - тоже. Кроме того, ясно ,что никакого метемпсихоза( переселения душ) не существует и заново родиться лет через 666, не получится. Что же в остатке?
Уединиться, отъединиться от грязного ,безжалостного , лицемерного мира политики - не в моих правилах. Если не я ,то кто же?Кто будет исправлять?Хотя бы критикой.
Однако и витать только в облаках, в белых перчатках поучая сверху политиков - малоэффективно. Вместо этого необходимо опуститься на землю, отказаться от чистоплюйства. И вступить на длительный, эволюционный ,трудоемкий путь политики малых дел. Повседневных,конкретных, пусть и малозаметных.
И поставить себе цель реально помочь хотя бы одному человеку. Лучше инвалиду,калеке, обездоленному, несчастному,бомжу,чем собаке или кошке. Хотя братьев и сестер наших меньших тоже надо любить. Их, конечно, - легче ,чем людей. А последних надо, в первую очередь,не любить( ох,как трудно это), а помогать. Жалеть и помогать. Не Любовь( не -достижимая мечта), а Жалость, Сострадание и Милосердие спасут мир. Жалость - более естественное для человека чувство,чем любовь. Грязного, опустившегося бомжа невозможно любить, а жалеть можно.
И не Красота, а Сострадание, Жалость и политика малых дел спасут Человечество. Работы здесь на века. Увы. На много поколений.
И одновременно, оставив в стороне чистое морализаторство, следует исходить из имеющихся реалий и мерил и по ним оценивать государственных деятелей( и прочих Homo sapiens), не забывая при этом также называть вещи своими именами и по моральным критериям:"Велик как политик,но преступен как человек";"Гений в дипломатии ,но предельно аморален";"Великий поэт и патриот, но ксенофоб". Etc.
Закат, покидая веранду, задерживается на самоваре.
Но чай остыл или выпит; в блюдце с вареньем - муха.
И тяжелый шиньон очень к лицу Варваре
Андреевне, в профиль - особенно. Крахмальная блузка глухо
застегнута у подбородка. В кресле, с погасшей трубкой,
Вяльцев шуршит газетой с речью Недоброво.
У Варвары Андреевны под шелестящей юбкой
ни-че-го.
Рояль чернеет в гостиной, прислушиваясь к овации
жестких листьев боярышника. Взятые наугад
аккорды студента Максимова будят в саду цикад,
и утки в прозрачном небе, в предчувствии авиации,
плывут в направленьи Германии. Лампа не зажжена,
и Дуня тайком в кабинете читает письмо от Никки.
Дурнушка, но как сложена! и так не похожа на
книги.
Поэтому Эрлих морщится, когда Карташев зовет
сразиться в картишки с ним, доктором и Пригожиным.
Легче прихлопнуть муху, чем отмахнуться от
мыслей о голой племяннице, спасающейся на кожаном
диване от комаров и от жары вообще.
Пригожин сдает, как ест, всем животом на столике.
Спросить, что ли, доктора о небольшом прыще?
Но стоит ли?
Душные летние сумерки, близорукое время дня,
пора, когда всякое целое теряет одну десятую.
"Вас в коломянковой паре можно принять за статую
в дальнем конце аллеи, Петр Ильич". "Меня?" -
смущается деланно Эрлих, протирая платком пенсне.
Но правда: близкое в сумерках сходится в чем-то с далью,
и Эрлих пытается вспомнить, сколько раз он имел Наталью
Федоровну во сне.
Но любит ли Вяльцева доктора? Деревья со всех сторон
липнут к распахнутым окнам усадьбы, как девки к парню.
У них и следует спрашивать, у ихних ворон и крон,
у вяза, проникшего в частности к Варваре Андреевне в спальню;
он единственный видит хозяйку в одних чулках.
Снаружи Дуня зовет купаться в вечернем озере.
Вскочить, опрокинув столик! Но трудно, когда в руках
все козыри.
И хор цикад нарастает по мере того, как число
звезд в саду увеличивается, и кажется ихним голосом.
Что - если в самом деле? "Куда меня занесло?" -
думает Эрлих, возясь в дощатом сортире с поясом.
До станции - тридцать верст; где-то петух поет.
Студент, расстегнув тужурку, упрекает министров в косности.
В провинции тоже никто никому не дает.
Как в космосе.
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
