Проснёшься утром - пасмурно и сыро.
Последний лист на зимние квартиры -
Летит мимо холодного окна.
Казалось: сытный плодородный год
Ещё не завершился. Только вот -
Кердык ему. Лишь маковка видна.
И хочется залезть под одеяло.
Прикинуться зверюшкою усталой.
Забрать с собой и сурик и кармин
И хрупать желуди всю зиму напролёт,
Надеясь, что он вовсе не придёт,
Растает или вылетит в камин.
Тот, что уже метёт хвостом ветров.
Гремит железом в полутьме дворов.
И ждёт, что белым выскочит на дело.
А, может быть, отдать ему приход?
Пусть выбелит и приберёт?
Или задушит, как её - Отелло
Под одеялом мягко и темно.
И простыней стремное полотно
Шуршание и грохотанье глушит,
И сны ласкаются...Да только вот...
А если этот - в белом- не придёт?
Кто будет завораживать нам души?
Вы, как обычно, на высоте, Аркадий!)) Не устаю радоваться вашим успехам.
Спасибо, Ириша.)Ну, тогда и я тоже буду радоваться))
последние две строки не могла забыть, все бормотала и бормотала ) примирили с зимой )
Все они завораживают: и белые и голубые, и зелёные, и желтые - каждый по своему. Нам повезло, что у нас четыре сезона. В тропиках куда беднее: либо сухо, либо мокро и всегда жара)) Спасибо.
класс-класс!
Пасибо))
Последние строчки - вообще жесть)
гремит железом в полутьме дворов...))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.
Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни
Сторожа и собаки, - идешь, никого не заметишь.
Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.
Далеко в шалаше голоса - не поймешь, не ответишь.
После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,
Как ресницы на окнах опущены темные шторы.
Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,
Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.
Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,
Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;
В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот
Золотых десятин благородные, ржавые грядки.
Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,
Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.
Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-
Не Елена - другая, - как долго она вышивала?
Золотое руно, где же ты, золотое руно?
Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,
И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,
Одиссей возвратился, пространством и временем полный.
11 августа 1917, Алушта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.