да ну. были хорошие, а это - нет. может, со временем..)
иначе увиделся оригинал после нее, вот ведь что
Лора, оригинал и мне увиделся по-другому, когда подумала об оборотке.
Восхищён гениальностью произведения,ну чисто Цветаева.
Думаю, Цветаева не позволила бы себе таких бедненьких рифм.
Ну да... глина... марина... пена... измена... вам до такого расти да расти :) самое интересное, что это тот случай, когда я с сожалением вынужден признать сходство ощущений с ощущениями Владимира - почему-то тоже увиделось сходство с Мариной Ивановной. Но не в ткани конкретно этого произведения, а в его месте в персональной авторской ленте. То есть мы привыкаем к одной тональности автора, которая, в общем, находится в пределах некой амплитуды. И вдруг - бац, что-то взрывное, чувственное, с сумасшедшинкой, типа той же "Пены", "Рябины"... Оно ведь как раз потому этот текст никто почти не угадал в пристрелке. Помню, кому-то даже намекал в подсказках, что оборотку оле можно напеть на мотив песенки "Старый забытый вальсок", вона до чего дошло.
Меня строка "рыдать заставляю ветра" сбила. Не верилось, что автор тот же, что и у "уезжаешь - уезжай"...
Вальса не услышала, тишину только.
Всегда завидовала "Пене")
Знакомые чувства, даже очень. По исполнению слегка царапнула мерцающая свеча и "умер совсем".
Макс, свеча не должна царапать, ибо штука мистическая.
А насчет "умер совсем", так это же оборотка. Ты оригинал глянь.)
а вот все равно по накалу - Марина Ивановна)
что вообще в удавшихся стихах нечасто случается
и все же "умер совсем" ну не отсюда, даром что оборотка
оно само по себе
как переросший родительские башмаки ребенок)
не призываю, но оставила бы его без второго катрена
Спасибо, Наташа.
Давайте считать второй катрен поклоном Баракуду.)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.