Все лучшие детские книги были написаны для взрослых
(Бернард Шоу)
Мейнстрим
30.03.2011
«Верлибр» — против насилия
С открытым письмом против политических репрессий в России выступили члены вятского литературного клуба «Верлибр»...
С открытым письмом против политических репрессий в России выступили члены вятского литературного клуба «Верлибр», сообщает новостная лента . Свои подписи под документом поставили бывшие советские диссиденты: Сергей Ухов, Николай Голиков, Михаил Коковихин, Светлана Сырнева, Олег Чарушин, Евгений Останин и другие.
Авторы обращения напоминают, что даже во времена СССР инакомыслие не преследовалось в таких масштабах, какие достигнуты в сегодняшней России. Автора иронической «Азбуки» поэта и журналиста Сергея Ухова (в которой на букву «А» значилось: «Арбузы в тайге не растут и не зреют, Андропов и там посадить их сумеет!») даже не уволили с работы.
«Могли ли мы представить себе, когда в 80-х годах поднимали свой голос за свободу, что через 20 с небольшим лет количество политических заключенных в России превысит число узников совести в Советском Союзе? — пишут верлибровцы. — Сейчас в путинских застенках томятся многие сотни политзаключенных, в том числе осужденных по грубо сфабрикованным обвинениям. При формальном моратории на смертную казнь в практику вошли бессудные расправы над журналистами, экологами и оппозиционерами (Щекочихин, Литвиненко, Политковская, Эстемирова, Евлоев, Червочкин, Бекетов, Кашин, Фетисов и другие). Применение пыток стало обычным делом, на которое уже никто особенно не обращает внимание».
Сигареты маленькое пекло.
Тонкий дым разбился об окно.
Сумерки прокручивают бегло
Кроткое вечернее кино.
С улицы вливается в квартиру
Чистая голландская картина -
Воздух пресноводный и сырой,
Зимнее свеченье ниоткуда,
Конькобежцы накануне чуда
Заняты подробною игрой.
Кактусы величественно чахнут.
Время запираться и зевать.
Время чаепития и шахмат,
Кошек из окошек зазывать.
К ночи глуше, к ночи горше звуки -
Лифт гудит, парадное стучит.
Твердая горошина разлуки
В простынях незримая лежит.
Милая, мне больше длиться нечем.
Потому с надеждой, потому
Всем лицом печальным человечьим
В матовой подушке утону.
...Лунатическим током пронизан,
По холодным снастям проводов,
Громкой кровельной жести, карнизам
Выхожу на отчетливый зов.
Синий снег под ногами босыми.
От мороза в груди колотье.
Продвигаюсь на женское имя -
Наилучшее слово мое.
Узнаю сквозь прозрачные веки,
Узнаю тебя, с чем ни сравни.
Есть в долинах великие реки -
Ты проточным просторам сродни.
Огибая за кровлею кровлю,
Я тебя воссоздам из ночей
Вороною бездомною кровью -
От улыбки до лунок ногтей.
Тихо. Половицы воровато
Полоснула лунная фольга.
Вскорости янтарные квадраты
Рухнут на пятнистые снега.
Электричество включат - и снова
Сутолока, город впереди.
Чье-то недослышанное слово
Бродит, не проклюнется в груди.
Зеркало проточное померкло.
Тусклое бессмысленное зеркало,
Что, скажи, хоронишь от меня?
Съежилась ночная паутина.
Так на черной крышке пианино
Тает голубая пятерня.
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.