Атеизм нуждается в религии ничуть не меньше, чем вера
(Оскар Уайльд)
Мейнстрим
18.03.2011
Колядина и Фурсенко украсили «Абзац»
Второй день работы XIV ежегодной национальной выставки-ярмарки «Книги России» ознаменовался объявлением лауреатов антипремии «Абзац»...
Второй день работы XIV ежегодной национальной выставки-ярмарки «Книги России», которая проходит в павильоне № 57 ВВЦ, ознаменовался объявлением лауреатов антипремии «Абзац», присуждаемой за самые сомнительные достижения в области книгоиздательского дела, сообщает информационная служба .
Победителем в главной номинации — «Полный абзац» — стала книга Елены Колядиной «Цветочный крест». «Мы выбираем не просто плохие книжки, а те, которые при этом стали заметны. — пояснил проводивший церемонию главный редактор “Книжного обозрения” Александр Набоков. — Таковой является книга Колядиной, ставшая лауреатом премии “Русский Букер” 2010 года". На “Абзац” был представлен именно букеровский текст, опубликованный в журнале, а не тот, что вышел позже в издательстве и который немного “причесали”. Журнальный вариант очень несвязный, у автора, например, девушка пьет “хмельную сулему” — современным языком, хлорную ртуть... Книга получилась довольно плохой стилизацией под XVII век».
«Абзац» за «Худший перевод» достался книге Сесилии Ахерн «Волшебный дневник». «Худшей редактурой» признали книгу Эрики Йонг «Как спасти свою жизнь», а «История взлетов и падений» Дэвида Фридмана, как выяснилось, пала жертвой «Худшей корректуры». Спецпризом антипремии — «Почетной безграмотой» — решили наградить министра образования и науки РФ Андрея Фурсенко: «благодаря его реформам литература стала необязательным предметом в школе».
Премия «Абзац» была основана 10 лет назад газетой «Книжное обозрение» и Генеральной дирекцией книжных выставок и ярмарок. Бронзовый антиприз почти полкило весом представляет собой букву «Z» — корректурный знак абзаца — в виде дважды переломленной ручки на скомканном клочке бумаги. Антипремия присуждается книгам, которые очень хотят стать заметным событием, пользуются читательским спросом, но либо ужасно переведены, либо отвратительно написаны, либо бездарно отредактированы. Лауреаты, по традиции, на награждение не являются.
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
любовницу – из чистой показухи.
Он произнес: «Теперь она в Раю».
Тогда о нем курсировали слухи,
что сам он находился на краю
безумия. Вранье! Я восстаю.
Он был позер и даже для старухи -
мамаши – я был вхож в его семью -
не делал исключения.
Она
скитается теперь по адвокатам,
в худом пальто, в платке из полотна.
А те за дверью проклинают матом
ее акцент и что она бедна.
Несчастная, она его одна
на свете не считает виноватым.
Она бредет к троллейбусу. Со дна
сознания всплывает мальчик, ласки
стыдившийся, любивший молоко,
болевший, перечитывавший сказки...
И все, помимо этого, мелко!
Сойти б сейчас... Но ехать далеко.
Троллейбус полн. Смеющиеся маски.
Грузин кричит над ухом «Сулико».
И только смерть одна ее спасет
от горя, нищеты и остального.
Настанет май, май тыща девятьсот
сего от Р. Х., шестьдесят седьмого.
Фигура в белом «рак» произнесет.
Она ее за ангела, с высот
сошедшего, сочтет или земного.
И отлетит от пересохших сот
пчела, ее столь жалившая.
Дни
пойдут, как бы не ведая о раке.
Взирая на больничные огни,
мы как-то и не думаем о мраке.
Естественная смерть ее сродни
окажется насильственной: они -
дни – движутся. И сын ее в бараке
считает их, Господь его храни.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.