Эники - Беники ели вареники, Эники - с маслом, а Беники – без.
Оба мечтали пойти в космонавты, чтобы собою продвинуть прогресс.
Военкомат заприметил мечтателей и на осенний мальчишник призвал,
Тщательно взвесили, рост записали, но в космонавты ни разу не взяли.
Плакали Эники молча, а Беники – робко просились в шпионы пойти.
В шпионы – идите! – им отвечали, и сразу секретный приказ принесли.
Выждав неделю, забросились Беники, не с парашютом, а просто пешком,
В злую страну( нет-нет, не в Америку) и посредине построили штаб.
Эники, хитро петляя, просёлками, к Беникам вскоре пробрались, тайком,
Выпили водки, удачно, за встречу, хоть и не в космосе, но — от души.
Денно и нощно лепили вареники, Эники с маслом, а Беники без
Вместо начинки – письмо космонавтам ,чтоб не забыли, кто двигал прогресс.
Но, как-то спросонья, на берег Дуная, Эники вышли по малой нужде
И позабывши про дырку в кармане – слили все коды и шифры воде.
А Беники центру тот час настучали жуткую правду про этот провал,
Центр уверил, что будет возмездие, но связника им послать обещал.
Смелый матрос, шифровальщик с Несмелого, новые коды тащил на себе,
Трудно - уверенно двигался к штабу – тоже пешком… иногда по воде.
Шпионы не спали, смотрели в бинокль, Эники нервно, а Беники всяк,
Водку не пили и очень жалели, что не в ракете, не в космос летят.
Чу! В дверь постучали заветной морзянкой: ждёте связного? Ответили – нет!
Дверь открывайте, я прямо из центра, вот вам шифрованных кодов секрет.
Радостно Эники, взявшись за Беники, стали чечётку вприсядку плясать,
Смелый матрос выпил водки бутылку, громко зевнул и улёгся поспать.
За примерное поведение
(взвейся жаворонком, сова!)
мне под утро придёт видение,
приведёт за собой слова.
Я в глаза своего безумия,
обернувшись совой, глядел.
Поединок — сова и мумия.
Полнолуния передел.
Прыг из трюма петрова ботика,
по великой равнине прыг,
европейская эта готика,
содрогающий своды крик.
Спеси сбили и дурь повыбили —
начала шелестеть, как рожь.
В нашем погребе в три погибели
не особенно поорёшь.
Содрогает мне душу шелестом
в чёрном бархате баронет,
бродит замком совиным щелистым
полукровкою, полунет.
С Люцифером ценой известною
рассчитался за мадригал,
непорочною звал Инцестою
и к сравнению прибегал
с белладонною, с мандрагорою...
Для затравки у Сатаны
заодно с табуном и сворою
и сравненья припасены...
Баронет и сестрица-мумия
мне с прононсом проговорят:
— Мы пришли на сеанс безумия
содрогаться на задний ряд.
— Вы пришли на сеанс терпения,
чёрный бархат и белена.
Здесь орфической силой пения
немощь ада одолена.
Люциферова периодика,
Там-где-нас-заждались-издат,
типографий подпольных готика.
Но Орфею до фени ад.
Удручённый унылым зрелищем,
как глубинкою гастролёр,
он по аду прошёл на бреющем,
Босха копию приобрёл.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
