Это потом я стану, мёртвой, такой как все.
Буду зализывать раны, буду в окне висеть,
Буду давиться кофе, нервно зевать в кулак,
Буду к твоей Голгофе ближе на целый шаг.
Скрип тротуарной плитки, бант на больной башке,
Пальцы к земле прилипли, на фиг они вообще?
В сумке: верёвка мыло, пропуск в дурацкий ад,
Слева моя могила, справа дорога в сад.
Это потом, под текстом, будет и Бог и чёрт,
Первым не станет детства, дальше ещё, ещё…
Люблю я приют ваш печальный,
И вечер деревни глухой,
И за летом благовест дальный,
И кровлю, и крест золотой.
Люблю я немятого луга
К окну подползающий пар,
И тесного, тихого круга
Не раз долитой самовар.
Люблю я на тех посиделках
Старушки чепец и очки;
Люблю на окне на тарелках
Овса золотые злачки;
На столике близко к окошку
Корзину с узорным чулком,
И по полу резвую кошку
В прыжках за проворным клубком;
И милой, застенчивой внучки
Красивый девичий наряд,
Движение бледненькой ручки
И робко опущенный взгляд;
Прощанье смолкающих пташек
И месяца бледный восход,
Дрожанье фарфоровых чашек
И речи замедленный ход;
И собственной выдумки сказки,
Прохлады вечерней струю
И вас, любопытные глазки,
Живую награду мою!
1842
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
