Жил на свете ой-вей,
Среди добрых людей,
Старый очень не мудрый,
Короче...плебей.
Издавал он вокруг
Оглушительный звук,
раздражая, привычкой своей.
И к тому же ещё,
Он не знал про Басё,
И забыв про библейский завет,
Он стихи сочинял.
Даже пел мадригал,
Всем вокруг выдавал комплемент,
Чтоб так жить! Ещё тот элемент!
А другой был хорош,
Молод, крепок, пригож,
На шаланде по морю ходил.
После славных трудов,
Без изысканных слов,
В порт не хитрый улов привозил.
Не скрывая печаль, вспоминал про кефаль.
Ту, что раньше в избытке ловил.
И к тому же ещё,
Знал он всё про Басё,
Он Басё очень сильно ценил,
От души презирал,
Тех кто Басю не знал,
А тут боже! Ой-вей!
Некультурный... плебей,
Не культурный, несносный плебей.
Без устали вокруг больницы
Бежит кирпичная стена.
Худая скомканная птица
Кружит под небом дотемна.
За изгородью полотняной
Белья, завесившего двор,
Плутает женский гомон странный,
Струится легкий разговор.
Под плеск невнятицы беспечной
В недостопамятные дни
Я ощутил толчок сердечный,
Толчку подземному сродни.
Потом я сделался поэтом,
Проточным голосом - потом,
Сойдясь московским ранним летом
С бесцельным беличьим трудом.
Возьмите все, но мне оставьте
Спокойный ум, притихший дом,
Фонарный контур на асфальте
Да сизый тополь под окном.
В конце концов, не для того ли
Мы знаем творческую власть,
Чтобы хлебнуть добра и боли -
Отгоревать и не проклясть!
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
