Образование немного похоже на венерическую болезнь: оно делает тебя непригодным для множества должностей, и к тому же ты испытываешь непреодолимое желание передать его другим.
... что осталось нам, кроме друг друга да двух многомирий,
отражения жизни в бокале и солнца -в ладонях,
и рассыпанных круп проходящих (наступишь - взорвёшься),
и разобранных сахарниц соли (так горько, что сладко),
и ажурных видений:
вот в землю врастают часами
без кукушки часы,
вот малиновка бьётся о горло
чёрных дыр - и вовсю наступает рассвет.
вот с ударом
сквозняка ты, как будущность*, входишь в махровой прозрачной глазури -
и я глажу твои серебристые тонкие пальцы,
словно ветер растрёпанный на худосочном холстишке
вечеров, глубже морга...
а что нам останется после?
- корень зимнего дождика,
цвет похотливой венеры
в паранже тёмносуточной шерсти,
лоб камня, который
между нами не вырос в подсвечнике,
мягкие блики
нелетающих чайников,
плоть поцелуев, шуршащих,
как цикады - о воду,
которая - будто бы дробь -
не деля, разделила...
а что им останется после? -
- ношпе ржавых консервных комет,
якорям межпланетных
кораблей,
неизвестным солёным слезливым пришельцам
и картонной обёртке земли?
- расслоение мрака,
тёмный волос в оправе халата
(отбросить, как тень) и
светлый волос на вороте
(тень потеряв),
и священный
отголосок секунд, уронивших расправленный мячик,
как бутон, на ковёр галактических меховых снов...
Осень, осень, все любят осень.
Краски красивые: жёлтые, красные,
подумал еще о зелёных — просто участок лета.
Подошёл, это ёлки. И рядом другие стоят,
с жёлтой хвоей, а на зелёных совсем свежая.
И грибы попались, поганки, но все равно, сырое.
Вообще у нас этот парк большой, хорошо.
Лодку дают напрокат. Пустая станция.
Осень, осень, все её любят.
Скоро сильный ветер подует и всё снесёт.
Чтобы мы осень увидели, нужно при свете.
В отличие от весны. Весну ночью по воздуху,
или зиму по снегу, как он скрипит и искры,
а осень только при свете.
Жёлтое, жёлтое, и вдруг красное в середине.
А жёлтые попадаются листья такого чистого тона,
просто секрет желтизны. Вот запах у осени:
когда их вечером жгут.
Цвет ещё можно воспроизвести, но даль,
на каком расстоянии один от другого —
Поэты, стараются про неё. Схемы сухие.
Листья тоже сухие, но — (шепотом скажем: тоже сухие;
так что-то есть). Конечно, сильнее всего, когда сухо.
Сухо и солнечно. Хотя, когда сыро, тоже.
Это как раз было сыро — ряды, и поганку растёр.
Какие были ряды! глубокие, ровные.
Ёлки давали им глубину.
Всё, ветер сильно дует — у-у,
плохо на улице, завтра проснёмся,
листья валяются во дворе, запачкались, бурые.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
