В коралловой ракушке
подавился смех
песком
и, маленькой ладони, отпечатком.
Так сладко
(бесконечно сладко!)
есть песок, как снег,
лазурной пастью.
чувствовать как гладко
зализан берег
и размазан бег -
пунктирный,
точечный,
по пенному оскалу
густой волны...
бутон
душисто-алый,
ранимого
солёного заката
взрывает
крик усталый,
голодной чайки...
а солнце кровоточит раной
по телу моря,
и медленно ползёт
в шершавые ладони
берега пустого...
В коралловой ракушке
небо тонет
в последнем смехе,
восхищенно долго.
Взгляни на деревянный дом.
Помножь его на жизнь. Помножь
на то, что предстоит потом.
Полученное бросит в дрожь
иль поразит параличом,
оцепенением стропил,
бревенчатостью, кирпичом -
всем тем, что дымоход скопил.
Пространство, в телескоп звезды
рассматривая свой улов,
ломящийся от пустоты
и суммы четырех углов,
темнеет, заражаясь не-
одушевленностью, слепой
способностью глядеть вовне,
ощупывать его тропой.
Он - твой не потому, что в нем
все кажется тебе чужим,
но тем, что, поглощен огнем,
он не проговорит: бежим.
В нем твой архитектурный вкус.
Рассчитанный на прочный быт,
он из безадресности плюс
необитаемости сбит.
И он перестоит века,
галактику, жилую часть
грядущего, от паука
привычку перенявши прясть
ткань времени, точнее - бязь
из тикающего сырца,
как маятником, колотясь
о стенку головой жильца.
<1993>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
