Мы горькие. Мы жёлтые. Мы желчь
на лбу стекла небес (о, лобовое
стекло в погибших птицах…) – под конвоем
песочных азий, африканских лун
в чешуйках крокодильих… Как нам течь –
как свечки, что устали течь любовью?
Как платьице из трав береговое –
от рек глазниц разлившихся?
Колдун
колдует ливень. Это плачет бог
(на нашем – «Боль». Но кто поверит дурам?
О губы – веер, розги, поцелуи,
о губы – ветер, пропасти края…)
Мы горькие.
Нас вынес рудокоп
из недр горчайшей суши – мокрых куриц,
забросил на шоссе под «аллилуйя»
визгливых шин…
…а тормоза горят,
и «дворники» у боженьки в глазах
замёрзли от извивов отморозков,
и колоски на варежках-сердцах
холодных баб осыпали снега…
Родная, мы плывём на тормозах
обрезанных по белым перекрёсткам,
как маленькие усики свинца –
в рот Йорику, что мечет с языка
проклёны…
Белый-белый-белый бег.
Мужчины (белый танец красим в красный,
как окунь на продажу на земле,
закатец. Каждый раз – как в первый раз…)
Аптекари в СИЗО своих аптек
Нас не закроют. Солнечные барсы
в витринах и барсетках-на-осле
нас не поймают.
Водяной матрац
из слёз разлук – меж двух глазастых пар –
пружинит, как расшатанный батутик
под сотней навсегда-парашютистов,
и держит, как тотемы – племена…
Родная, жизнь идёт – как перегар
из глотки амазонок-океанов.
Садится Босх на грудь.
Играет выстрел…
… но мы ещё успеем полинять
на жёлтый глазик земляной коры…
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
