Лунный сезон штормов (а штормит – хрущами).
Тонешь чуть-чуть – понарошку – и каждый хрящик
воздуха чувствуешь. Ветер скользит по шрамам
сердца, как по бумаге – душеприказчик.
В звёздной песочнице буря. Песок притравный
температурит. Бери и пиши на флэшку
вечер с луной, зажатой во рту, как драхма,
и разговоров тощенькую тележку,
и время птиц, в которых все мухи метят,
мраморность кошек, не тронутых серым жестом,
тёплые выдохи – словно аккорды меди –
рук, отключающих шали из грубой шерсти.
Армия мегабайтов шипит на пришлых –
бросится, выдавит, дрогнет – кого спросить бы?
… по зачерствелой ладошке коряво пишет
лунными светлячками (прошли сквозь сито
сдавленных атмосфер) дядя шторм, надевший
маску спокойствия: вечер, тепло, косынка
тварей жужжащих, блуждающий в небе леший –
след самолётный, и нежность с луной на спинке…
2
Хиханьки сдавленным голосом (из кунсткамер),
воздух, надетый на угол скамейки острый…
Если ты бросишь нежность, то бросишь камень –
он превратится в остров.
Небо растянет пружину голодных тучек,
юбка зацепится краем за гвоздь заката…
Если на шёпот случайно надеть наручник,
он превратится в кратер –
окололунный.
Если луну случайно
пощекотать за ушком – слетит, как стикер
с мятой орбиты…
Бормочет асфальт, как чайник,
небо горчит советской огонь-гвоздикой,
хиханьки рвутся под струнами летних магий,
пара имаго вплетают свой гул в ноктюрны
вечера…
… мы шелестим, как листок бумаги,
не долетев до урны.
3
синоптики обещали халву –
проверяй их предсказания, прощупывая
канву неба,
проверяй их ошибочки, нащупывая
пульс лавочек,
вычитай их логику из гравюры, развёрнутой
перед глазами –
ты же всё это видишь…
… сладкоежки запускают зубы
в шейные позвонки вечера,
бабочководы переплетают пальчики
с недокрылыми,
ветка дерева покачивается на ветру, словно рука
последнего самурая,
перебинтованная солнцем,
уходящим в земную мякоть
по самые косточки
лавок,
машин,
людей…
… тени,
понимаешь, тени
выгрызают из земли солнечную марлю,
тени
вычерпывают из колодцев тишины
чужие вздохи,
тени
перебирают пальцами по клавишам шеи вечера,
делая ему больно…
вечер
всматривается в тени, пытаясь отгадать
их движения,
вечер
всматривается в зеркало, пытаясь узнать
свой запах,
вечер
всматривается в запахи и звуки призраков, пытаясь высчитать
свой срок годности…
–прогноз погоды,
временный прогноз погоды, –
отвечают ему тени, которым отпущено
ровно столько же
на однокрылые метаморфозы
двух теней в одну
и пакетик халвы
с лунными орешками
в довесок
Еще далёко мне до патриарха,
Еще не время, заявляясь в гости,
Пугать подростков выморочным басом:
"Давно ль я на руках тебя носил!"
Но в целом траектория движенья,
Берущего начало у дверей
Роддома имени Грауэрмана,
Сквозь анфиладу прочих помещений,
Которые впотьмах я проходил,
Нашаривая тайный выключатель,
Чтоб светом озарить свое хозяйство,
Становится ясна.
Вот мое детство
Размахивает музыкальной папкой,
В пинг-понг играет отрочество, юность
Витийствует, а молодость моя,
Любимая, как детство, потеряла
Счет легким километрам дивных странствий.
Вот годы, прожитые в четырех
Стенах московского алкоголизма.
Сидели, пили, пели хоровую -
Река, разлука, мать-сыра земля.
Но ты зеваешь: "Мол, у этой песни
Припев какой-то скучный..." - Почему?
Совсем не скучный, он традиционный.
Вдоль вереницы зданий станционных
С дурашливым щенком на поводке
Под зонтиком в пальто демисезонных
Мы вышли наконец к Москва-реке.
Вот здесь и поживем. Совсем пустая
Профессорская дача в шесть окон.
Крапивница, капризно приседая,
Пропархивает наискось балкон.
А завтра из ведра возле колодца
Уже оцепенелая вода
Обрушится к ногам и обернется
Цилиндром изумительного льда.
А послезавтра изгородь, дрова,
Террасу заштрихует дождик частый.
Под старым рукомойником трава
Заляпана зубною пастой.
Нет-нет, да и проглянет синева,
И песня не кончается.
В пpипеве
Мы движемся к суровой переправе.
Смеркается. Сквозит, как на плацу.
Взмывают чайки с оголенной суши.
Живая речь уходит в хрипотцу
Грамзаписи. Щенок развесил уши -
His master’s voice.
Беда не велика.
Поговорим, покурим, выпьем чаю.
Пора ложиться. Мне, наверняка,
Опять приснится хмурая, большая,
Наверное, великая река.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
