лицо макаю в запахи и звуки,
моё плечо качает чьи-то руки
чужие,
прикипевшие к росе
(цветущих в глубине себя)
желаний,
уснувших в нервах острых позвонков...
я падаю с горячих козырьков
шершавых крыш
всю ночь
на дно гортани
горбатых улиц,
скверов
и домов...
...и разбиваюсь
на молитв бездомность.
плечо
лелеет пальцев невесомость.
давно не плачу/плачу так давно...
***
без прелюдий и первопричин
не проснуться
в больном оскале
пожелтевших палат и спален
ни вчера
ни сегодня
ни...
Сердце бьёт в эрогенную зону
чем-то вроде копыта коня.
Человечество верит Кобзону
и считает химерой меня.
Дозвониться почти невозможно,
наконец дозвонился — и что? —
говорит, что уходит, безбожно
врёт, что даже надела пальто.
Я бы мог ей сказать: «Балаболка,
он же видео — мой телефон,
на тебе голубая футболка
и едва различимый капрон».
Я бы мог, но не буду, не стану,
я теперь никого не виню,
бередит смехотворную рану
сердце — выскочка, дрянь, парвеню.
Сердце глупое. Гиблая зона.
Я мотаю пожизненный срок
на резиновый шнур телефона
и свищу в деревянный свисток,
я играю протяжную тему,
я играю, попробуй прерви,
о любви и презрении к телу,
характерном для нашей любви.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
