прощупывая глазурь,
размешанную с пенной ряженкой,
растягивая гамак
для хождений помокру,
живут человечики
в горько-соленом коконе
пространства и странствий
на крыльях и на колесиках.
покинутые собой
на чужих апостолов,
замешанные в чужих
неглубоких кадочках,
они этот мир
терзают кофейной ложечкой
и просятся тихим землям
на руки детково.
оставленные, как яд
под волной - медузами,
прозрачные, словно стены
античных войнушек,
они - это горсть фигур
оловянных шахматных,
они - это на песке
стайка мытых камушков...
натертые музыкой жизни
во всех их впадинках,
растертые варежкой солнца -
шершавой, толстенькой, -
они ждут свиданий губ
и свиданий ссадинок,
они ждут прозрачных рук,
панорамы взглядов и
они ждут себя -
в гамаке над глазурью-пропастью,
они ждут прохлады щек
и прохлады ниточек,
ведущих их в вечер,
где кто-то родной их щупает
в огромной ладони неба,
счастливоплачущей...
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
