Если, сидя спиной к рассвету,
ты не видишь собственной тени,
это значит, тебя здесь нету.
От зарплаты осталось денег
на три метра веревки и мыло.
Однобокой бесформенной грудой
время студнем на блюде застыло,
съешь кусочек - и к Робину Гуду
с пересадкой в саду у Пилата
улетишь. Подан трап к самолёту:
"разрешите вылет к закату" -
"разрешаю". Грустишь отчего-то.
Ах, Алиса, ты не виновата -
Чарльз Доджсон встревожил улей
слов, летящих и жалящих, сжатых
до размера серебряной пули.
Больно - плачь, а не больно - смейся.
Веришь, временем правит разум,
видишь, время - такая рельса,
знаешь, время совсем не праздник,
новый год с мандариновой кожей,
день рожденья, подарок с бантом,
вытирайте ноги в прихожей,
дед Мороз с бородой, музыканты.
Тик направо да так налево,
у секунды стежок отточен,
дремлет вечер на горстке плевел.
спи, Алиса, спокойной ночи.
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
<1912, 1928>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
