... а я выбирала остров. Как дура - бром -
от боли. Зубной. Одинокой. Простой. Пустой.
Гребла по течению полым ничьим ребром,
обросшим надёжек запревших больной листвой -
листвой-подыхальщицей.
Скопища пьяных фей
вещали, что нет островов - на избитом лбу
воды-суеты.
Черноморишка-суховей
диктует тропу человичишке и клопу,
диктует домишко - с хватательно-сцильным ре-
рефлексом, ремнём потолочным (почти как мой...)
И я закрывала глаза, но сквозь жирный крем
я видела ветер - яблочно-голубой -
что он, как питон, зажимает в кольцо притон
отшельника с видом на улицу общих мест,
и вишня глодает врагов своих алым ртом,
на битом стекле вырастают сады небес...
На тёртой ковриге, ковчежно плывущей в муть
неведомых стран, выдвижных, как из кухни - пыль,
растёт буратиновым деревом Злато-Мух -
Хранитель и Сторож -
чтоб ты из копыт не пил,
чтоб я не пила из пилы пластилин обид,
чтоб гномы пещеры и бабочки свиты их
поменьше лакали побеги футболок-бритв,
лепили зверушек из глупостей золотых -
лошадок из хлебной макушки, из мака гнёзд
зелёненьких чуд, поселившихся у ручья
смотреть-любоваться, как выпал из пола гвоздь,
крепивший цветок долголетия "огорчать"...
Тунгусские боги в кадках дымят луной.
Моллюски в бездонной дыне светильных ватт
под ватным колючим молчанием у льняной
реки в двуединие светом шипят-кровят...
А я - выбираю остров. Вне звёзд и карт.
Вне нашей высотки, не верящей в эту высь...
На битой душе затихает котёнком град.
И близость крадётся, как хрупкий эквилибрист -
по кромке шерстинок,
по усикам мёрзлых слов,
прошедших, как войско, эпоха, простуда, штиль....
Сбывается остров, куда нас с тобой несло,
когда ни один из нас наяву не жил.
К дому по Бассейной, шестьдесят,
Подъезжает извозчик каждый день,
Чтоб везти комиссара в комиссариат -
Комиссару ходить лень.
Извозчик заснул, извозчик ждет,
И лошадь спит и жует,
И оба ждут, и оба спят:
Пора комиссару в комиссариат.
На подъезд выходит комиссар Зон,
К извозчику быстро подходит он,
Уже не молод, еще не стар,
На лице отвага, в глазах пожар -
Вот каков собой комиссар.
Он извозчика в бок и лошадь в бок
И сразу в пролетку скок.
Извозчик дернет возжей,
Лошадь дернет ногой,
Извозчик крикнет: "Ну!"
Лошадь поднимет ногу одну,
Поставит на земь опять,
Пролетка покатится вспять,
Извозчик щелкнет кнутом
И двинется в путь с трудом.
В пять часов извозчик едет домой,
Лошадь трусит усталой рысцой,
Сейчас он в чайной чаю попьет,
Лошадь сена пока пожует.
На дверях чайной - засов
И надпись: "Закрыто по случаю дров".
Извозчик вздохнул: "Ух, чертов стул!"
Почесал затылок и снова вздохнул.
Голодный извозчик едет домой,
Лошадь снова трусит усталой рысцой.
Наутро подъехал он в пасмурный день
К дому по Бассейной, шестьдесят,
Чтоб вести комиссара в комиссариат -
Комиссару ходить лень.
Извозчик уснул, извозчик ждет,
И лошадь спит и жует,
И оба ждут, и оба спят:
Пора комиссару в комиссариат.
На подъезд выходит комиссар Зон,
К извозчику быстро подходит он,
Извозчика в бок и лошадь в бок
И сразу в пролетку скок.
Но извозчик не дернул возжей,
Не дернула лошадь ногой.
Извозчик не крикнул: "Ну!"
Не подняла лошадь ногу одну,
Извозчик не щелкнул кнутом,
Не двинулись в путь с трудом.
Комиссар вскричал: "Что за черт!
Лошадь мертва, извозчик мертв!
Теперь пешком мне придется бежать,
На площадь Урицкого, пять".
Небесной дорогой голубой
Идет извозчик и лошадь ведет за собой.
Подходят они к райским дверям:
"Апостол Петр, отворите нам!"
Раздался голос святого Петра:
"А много вы сделали в жизни добра?"
- "Мы возили комиссара в комиссариат
Каждый день туда и назад,
Голодали мы тысячу триста пять дней,
Сжальтесь над лошадью бедной моей!
Хорошо и спокойно у вас в раю,
Впустите меня и лошадь мою!"
Апостол Петр отпер дверь,
На лошадь взглянул: "Ишь, тощий зверь!
Ну, так и быть, полезай!"
И вошли они в Божий рай.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.