Вечер такой, что никто не прийдет. Как раки,
свищут ветра энный час на лохматый "бис"...
Кто там наплел с три короба эти враки,
что одиночеству - можно, как кошке, - "брысь!"?
Холод в пробирках рук хочет спрятать осень.
Пот замирает, как перед Ноем - дождь...
И темнота течет, словно кровь из носа -
так, что и об салфетку не оботрешь.
Пахнут враги - сладким горелым супом.
Пахнут пустоты - как мокрая вермишель.
Вечер, когда ты ни с кем - как молочный зубик
на гуттаперчевой ниточке, в порошке
мятной ненужности звякнуть каким-то "левым" -
выдохнуть про "сто зим..." и " давай, как ра..?"
Курица приглашает на север хлева
пару мясничих деток.
... стоит гора.
Только мышиными лапками - холодильник -
носится льдинками - к айсбергам-ледникам.
Чайничный пар выходит на Пикадилли -
в норковой шубке, разорванной по бокам.
Что-то рифмуют моли в дыму каштанов.
Связка кошмаров - нет-нет-в батарее - "дзынннь"...
Слезы сухие деланно и жеманно
просят - на щечку, как пьяный - на магазин.
Щечка от них отрекается. Или - "косит".
Холод в пробирках рук - что корабль - в порту.
А темнота течет, словно кровь из носа -
к полюсу сердца, тихого какаду:
что-то бельмесит про "кеша - дур-рак, трик-трраки,
тук-туки-тууу..."
Никого.
Никому - на бис...
Кеша, пожалуйста, - ну его, эти враки!
Некому слушать, родимый.
Заткнись.
Заткнись...
Встанешь не с той ноги,
выйдут не те стихи.
Господи, помоги,
пуговку расстегни
ту, что под горло жмёт,
сколько сменил рубах,
сколько сменилось мод...
Мёд на моих губах.
Замысел лучший Твой,
дарвиновский подвид,
я, как смешок кривой,
чистой слезой подмыт.
Лабораторий явь:
щёлочи отними,
едких кислот добавь,
перемешай с людьми,
чтоб не трепал язык
всякого свысока,
сливки слизнув из их
дойного языка.
Чокнутый господин
выбрал лизать металл,
голову застудил,
губы не обметал.
Губы его в меду.
Что это за синдром?
Кто их имел в виду
в том шестьдесят седьмом?
Как бы ни протекла,
это моя болезнь —
прыгать до потолка
или на стену лезть.
Что ты мне скажешь, друг,
если не бредит Дант?
Если девятый круг
светит как вариант?
Город-герой Москва,
будем в восьмом кругу.
Я — за свои слова,
ты — за свою деньгу.
Логосу горячо
молится протеже:
я не готов ещё,
как говорил уже.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
